ЛЕТО ДЛИНОЮ В ЖИЗНЬ

Колонна бронетехники неспешно продвигалась по извилистой дороге между скал. Глаза старались прощупать каждый камень. Кроме работающих двигателей и хруста камней под колесами бронетранспортёров ничего не было слышно. Все молчали.

Огромной силы взрыв разорвал тишину. «Фугас», — промелькнуло в голове. Удар в грудь. Чувство полёта. Полёта в никуда…

Василий проснулся. Опять этот сон. Прошло уже более десяти лет, как он вернулся из Афганистана, но один и тот же сон с тупой периодичностью снится все эти годы. После этого сна, как правило, весь день болит голова, появляются чувство усталости и видения. Видения, как короткие рекламные ролики, непонятные и всегда в чёрно-белом цвете. К середине дня это начинало раздражать, и Василий искал выход, к вечеру он его находил в бутылке. Из-за этой проблемы восемь лет назад ушла жена. Жизнь покатилась не в лучшую сторону.

— Когда же это закончится, — тяжело вставая, пробормотал сонный Василий, хотя внутреннее чутьё ему подсказывало, что это никогда не закончится. 

На часах было без двадцати минут пять. Апрельское утро. Весна. Подошёл к окну, открыл форточку и закурил. Лёгкие хотели наполниться свежим весенним воздухом, но получили значительную порцию табачного дыма так, что сковало дыхание. Голова начала наливаться свинцовой тяжестью. Сильный кашель дал выход накопившемуся напряжению.

— Гадость! Надо завязывать с курением, — с этими словами Василий выбросил сигарету в форточку.

Не успел огонёк от непогашенной сигареты скрыться из виду, как зрение затмила короткая вспышка. И в ней сознание Василия увидело летящее большое колесо от грузовика, а за ним катилось маленькое, совсем игрушечное. Всё видение длилось не более одной секунды, но оно было очень отчётливое и хорошо врезалось в память. Он обхватил ладонями голову и сильно сдавил виски.

— С этим надо что-то делать, — медленно и чуть ли не по слогам проговорил Василий, — или в психушку, или… не знаю куда.

Всё. Сон уже не к месту. Водка утром не идёт в горло. Кофе.

Василий пошёл на кухню, поставил чайник на плиту. В большую четырехсотграммовую кружку насыпал четыре ложки растворимого кофе, через край банки сыпанул сахарный песок.

Он стоял и смотрел на идущий из-под крышки пар. В ушах шумело. После контузии он постоянно слышал шум, напоминавший звук сыплющейся металлической стружки.

Раздался свист, оповестивший о готовности кипятка.

Майор Василий Скоков сидел на кухне «хрущёвки», смотрел в окно и пил крепкий кофе. Вороны суетились на берёзе, которая росла напротив его окна. Глядя на то, как птицы перепрыгивали с ветки на ветку, он думал о странностях жизни. Вот так же, люди суетятся, пытаясь найти более удобную и крепкую ветку в жизни. Чего он достиг в свои тридцать девять лет? Семью не завёл, вернее развалил. Ушёл от жены и малолетнего сына. Хотя, это жена ушла от него. Но это дело не меняет. Хорошо хоть оставил им квартиру, а сам перебрался в однокомнатную «хрущёвку» на окраине Москвы, которая досталась ему от родителей. Что ещё? Уволен в запас по сокращению штатов. Третий месяц не может устроиться на работу. С головой не дружит, глюки.

— В потолке открылись люки, ты не бойся, это глюки, — процитировал Василий и сделал большой глоток кофе.

Отхлебнув ещё из кружки, он бросил взгляд на разбросанные по всему столу страницы газет с его пометками на объявлениях о работе. После нескольких сделанных звонков, он понял, что стране  нужны работники в возрасте до 32 лет, и никому нет дела до того, что у тебя высшее образование, огромный опыт работы с людьми, ордена, медали и командные должности. Им такие не нужны.

— Да, кстати, — пробормотал Василий, — как бы не забыть о сегодняшней встрече.

Сослуживцы о нём помнили. На днях был звонок от однокашника по военному училищу, предложил поработать охранником в крупном магазине. Надо ехать на встречу. Пусть хоть такая, но работа. Три месяца безделья начинали давить, хотелось активности в жизни.

2

Спускаясь по лестнице с четвёртого этажа, Василий ощутил накатывающуюся боль в области висков. «Начинается», — подумал он и потёр ладонью правый висок. Когда открыл дверь подъезда, яркое солнце ударило по глазам и Василий увидел, как перед ним захлопнулись двери вагона электропоезда. Непроизвольно он отскочил назад… Во дворе дома на детской площадке играли двое маленьких детей, две старушки сидели на скамейке и оживлённо беседовали, не забывая поглядывать на малышей.

Василий опять потёр висок, осмотрелся и пошёл в сторону метро.

Как не спешил, но к пешеходному переходу он подошёл, как раз в тот момент, когда загорелся для него красный свет. Дальше всё произошло очень быстро. Со стороны начавших движение машин раздался чей-то крик: «Берегись! Колесо!». Люди, стоящие у перехода, начали отпрыгивать в разные стороны, некоторые из них падали на проезжую часть дороги. Большое колесо от грузовой машины не катилось, а летело в сторону пешеходного перехода.

Слева от Василия стоял грузный мужчина, а за ним молодая женщина с коляской, которая старательно вытягивала голову в сторону, откуда раздавались крики. Василий увидел колесо. Оно мчалось прямо на коляску, которая на полкорпуса выглядывала из-за мужчины. Василий, не раздумывая, оттолкнул локтём мужчину и ударил ногой по колесу коляски. От удара коляску развернуло и в то же момент, огромное колесо пронеслось через то место, где она стояла до этого.

— Убийца! Ты что сделал! – закричала на Василия женщина, беря на руки и прижимая к себе ребёнка.

— Я тебе морду разобью, — угрожающе закричал мужчина, надвигаясь на него.

— Стойте! Он же ребёнка спас от колеса! – кричала какая-то женщина с сумкой-тележкой.

Начался шум и активное передвижение людей в зоне пешеходного перехода. Придя в себя, женщина с ребёнком ушла. Но тема для разборки была брошена в толпу и обсуждение произошедшего, на повышенных тонах, продолжалось. Пользуясь моментом неразберихи, Василий потихоньку выбрался из толпы, перешёл улицу и скрылся в метро.

Спускаясь на эскалаторе, он обдумывал странное происшествие. Сейчас точно вспомнил, что маленькое колесо в его видении было колесом от детской коляски. Но голова продолжала болеть, и чем ниже он спускался в метро, тем боль становилась сильнее.

Зайдя в вагон поезда, встал у противоположной двери, хотя в вагоне было много свободных мест. Он никогда не садился в метро. Ещё в детстве отец ему как-то сказал: «Не садись, насидишься ещё. Пусть другие сядут». Прислонившись спиной к двери, он вспомнил отца, совместные прогулки по московским улицам, как отец показывал, где находятся туалеты: «Запоминай. Не все знают, где их искать».

Из воспоминаний детства вывел голос по громкой связи: «Не держите двери! Вы мешаете отправлению электропоезда!». Василий осмотрелся, все сидели спокойно.

— Отпустите двери! – настойчиво продолжал вещать тот же голос по громкой связи.

И тут Василий обратил внимание, что все смотрят в одно и то же место. Он повернул голову в ту же сторону и увидел молодого парня, который стоял в проёме двери, упёршись в одну дверь правой ногой, а в другую – левой рукой. Молодой человек спокойно разговаривал со своим приятелем, стоящим на платформе и никоим образом не реагировал на голос из громкоговорителя.

Василий спокойно подошёл сзади к парню и ладонью толкнул его в спину: «Там поговорите». Ничего не понимающий молодой человек вылетел на платформу. Перед носом Василия захлопнулись двери. Он повернулся и также спокойно пошёл на своё место. Все в вагоне молча смотрели, в глазах людей было осуждение. Одна старушка тихо проговорила: «Даже слова не сказал ему». Он остановился и посмотрел на пожилую женщину. Та замерла, на лице застыл страх, как будто её сейчас этот ужасный мужчина растерзает. Василий улыбнулся и продолжил движение.

Как ни странно, но голова перестала болеть. «Вывод первый – чтобы перестала болеть голова, надо кому-нибудь врезать», — этот вывод ему понравился и он опять улыбнулся.

Очень хотелось курить. Выйдя из метро, Василий сунул руку в карман и понял, что сигареты забыл дома. Он подошёл к табачному киоску, купил пачку сигарет, распечатал, начал было доставать сигарету, но задумался.

— Всё! Баста! Завязываю с куревом! – загнал сигарету на место в пачку и положил её в карман. – Буду носить в кармане, а трогать не буду.

Идя по улице, Василий ловил себя на мысли, что он сегодня сделал что-то хорошее и полезное. Настроение от этого стало бодрее, и шаг стал легче.

3

Офис охранной конторы находился рядом с метро «Третьяковская». Блуждая между небольшими старыми домами, Василий уже не надеялся найти нужный ему адрес. Но, нет, похоже, вот нужная арка и лестница в подвал. Что-то на офис не очень похоже, да и вывески нет. За железной дверью не было никаких признаков жизни. Прислушался, тишина.

— Что вы хотите! – прозвучал сверху недружелюбный голос.

Василий поднял голову вверх и увидел динамик и стеклянный глазок камеры наблюдения.

— Василий Скоков к Сергею Локтеву, — отрапортовал Василий.

За дверью раздался щелчок. Василий потянул за ручку, дверь открылась. Внутри было довольно таки светло. У входа стоял стол, за ним сидел мужчина. По его виду можно было догадаться, что это бывший офицер.

— Паспорт предъявите, — требовательно спросил сидящий за столом.

Василий достал документ и протянул. После процедуры записи в журнал ему предложили пройти по коридору до последней двери слева. Когда шёл, он обратил внимание на приоткрытую дверь, за которой сидело несколько крепких мужчин, оживлённо разговаривающих. Подойдя к указанной дежурным двери, он услышал, как из комнаты, где сидели «крепыши», раздался дружный громкий смех.

— Весело у них тут, — произнес Василий и постучал в дверь.

Дверь открылась и на пороге появился высокий подтянутый мужчина с широкой улыбкой на лице.

— Скок! Василий, тысячу лет не виделись! – прокричав фразу, хозяин крепко обнял гостя. 

— Серёга, здравствуй! – Василий чувствовал себя немного скованно.

— Проходи, проходи, — Сергей завёл друга в кабинет, выдвинул из-под стола стул и предложил сесть.

— Рад видеть! Как жизнь? Как Ольга, дети? Кого из наших видел, — начал сыпать вопросы Локтев.

— Спасибо, всё нормально. Ольга в порядке, уже восемь лет как развелись. Сын растёт. А из наших никого уже давно не видел, — грустно ответил Василий.

— М-да, жизнь идёт, — огонёк в глазах Сергея тоже погас. – Знаю, ты сейчас без работы. Ребята мне говорили. Зная тебя, хотелось бы предложить что-нибудь стоящее, но пока ничего нет. Предлагаю поработать охранником в универмаге. На зарплату, не шикуя, жить можно, правда, режим работы напряжённый.

— Я согласен, — не дожидаясь окончания разговора, ответил Василий.

— Вась, ты погоди, дослушай. Два дня через сутки – настойчиво продолжал Сергей.

— Я же сказал, что согласен.

— Ну и отлично. Напишешь заявление, всё остальное потом. Да, я тебе дам адресок, съездишь, оформишь свидетельство об окончании курсов охранников. Хоть и офицер, но это надо обязательно. Но зато по упрощённой схеме.

— Спасибо! – Василий хотел встать и двинуться к выходу, но Локтев его жестом остановил.

— Может по рюмашке. За встречу, — хитро щурясь, сказал Сергей.

— Если только по одной, — улыбнулся Василий. – А что там у вас за весёлая компания сидит через одну дверь?

— Группа быстрого реагирования, — Сергей нарезал лимон дольками, — дежурная смена.

— Может быть мне туда, к ним?

— Делать там тебе нечего, работа скучная. С твоими возможностями тебе нужен другой размах. Думаю, всё будет. Дай только время. Ну, давай, всё готово.

Домой Василий пришёл в хорошем настроении. Он даже и не помнил, когда такое было в последний раз. День сегодня удался. А с чего всё началось? С надоевшего за последние годы одного и того же сна. И странное дело, всё пошло не так как всегда. Всё пошло хорошо.

С идеей устроить сегодня праздник, Василий распахнул дверь холодильника. На него смотрела холодная пустота хранилища. Подвигал ящиками и выудил пакет пельменей.

— Ну, что же, королевский ужин, — произнес он так, словно в руке держал осетра.

Что-что, а пельмени Василий любил и умел варить. Тут главное не переварить, тесто должно быть упругим.

Стол накрыт. Большая тарелка пельменей, сметана, кусок сыра и полбутылки водки. Шикарно! Придирчиво посмотрев на стол, Василий взял водку и убрал в шкаф.

— Сыр к чаю. Приятного аппетита! – с этими словами воткнул вилку в пельмень.

4

Первый день на работе. Первый инструктаж. Всё как обычно, ничего нового. Чувствуется, что вся охрана состоит из «бывших». Всё чётко, без лишних слов, грамотно продуманная схема охраны, вопросов никто не задавал. Одно Василию не понравилось. Старший смены, инструктируя Василия, как новичка, произнёс: «Короче, чтобы ничего не упустить, в каждом покупателе ты должен видеть потенциального похитителя!».

Потекли часы работы. Часы наблюдения за покупателями. Именно потекли, а не полетели. Минута слипалась с минутой, образуя липкую густую массу, которая облепив мозг, мешала трезво мыслить. Оставались одни инстинкты: смотри в оба, разоблачи, хватай, вяжи.

Первые часы были самыми тяжёлыми. Попав на точку в зал продажи одежды, Василий никак не мог сконцентрироваться на чём-то конкретном. Где и кого выискивать? Как отличить вора от добропорядочного гражданина? За полчаса выявил среди покупателей человек двадцать, которые явно замышляли хищение. Он вовремя остановил себя, чтобы не заломить руку женщине, которая взяла три кофточки, прижала их к себе и, осматриваясь, направилась в угол зала. Оказалась, что она искала своего мужа, бродившего где-то в том месте.

— Василий, расслабься! – послышался сзади голос старшего смены. – Ты как легавая, взявшая след раненного зверя.

— Да, да. Чувствую, что-то не так, — Василий постучал пальцем по своей голове, — видимо там еще не всё на свое место встало.

— Иди в дежурку. Твоя очередь часок там отдохнуть.

С облегчением на душе Василий побрёл в дежурное помещение. Он шёл мимо покупателей и ему казалось, что все смотрят на него с укором и презрением. Ему слышались голоса, которые со всех сторон давили на него упрёками: «Как ты смел о нас подумать такое?», «Кто ты такой, чтобы так с нами поступать?».

В дежурку Василий вошёл с мокрой спиной и пульсом за сотню.

За чашкой чая он на мониторах наблюдал за людьми, которые передвигались в залах магазина. Обычные люди, совершающие обычные покупки. Василий думал о том, что с ним произошло. Как же так? Ведь он всегда был гуманистом. Он любил людей и всегда готов был прийти на помощь любому, кто в ней нуждался. Как он мог «съехать с катушек»? Он, командовавший большим количеством людей, воевавший и получивший ранение в горах Афганистана, смог смотреть на людей, как на преступников.

К концу отведённого для отдыха часа, Василий успокоился и обрёл некую уверенность в себе. В торговый зал он вошёл твёрдой походкой и своим видом давал понять, что все могут спокойно совершать покупки, порядок в зале он гарантирует.

Остаток рабочего дня прошёл спокойно. В назначенное время все посетители покинули магазин. Двери закрыли. Старший смены произнёс: «Все на зачистку!».

Задача зачистки состояла в том, чтобы обследуя помещение за помещением, закуток за закутком проверить отсутствие спрятавшихся людей. Это как в детстве, игра в прятки. За полчаса обследовали весь магазин. Ночная смена осталась, а все остальные, в том числе и Василий, разъехались по домам.

К полночи Скоков добрался до дома. Есть не хотелось. Выпив чашку чая, он лег спать. Закрыл глаза и перед ним возникла движущаяся масса людей. Все двигались хаотично, передавая друг другу пакеты с купленным товаром. Казалось, что это никогда не закончится. И вдруг, зачистка. Глаза прощупывали каждый закуток, заглядывали за двери, за рекламные щиты, в ящики, взгляд внимательно сканировал каждый камень и щель в скале…

Огромной силы взрыв разорвал тишину. «Фугас», — промелькнуло в голове. Удар в грудь. Чувство полёта. Полёта в никуда…

Василий сидел в постели с открытыми глазами и ртом, тяжело дыша. Волосы на голове были мокрые, как-будто он только что вышел из душа.

— Чёрт! Опять! Когда же этому придёт конец!

Взглянул на часы. На часах было без двадцати минут пять. Подумав о том, что в шесть часов надо вставать, он уткнулся лицом в подушку. Но сон не шёл. После часовой борьбы за право заснуть Василий сдался и встал с постели.

Спускаясь на эскалаторе, Василий обратил внимание на рекламный щит, на котором красовалась надпись «Мегафон». Он понимал, что это реклама мобильной связи, но он не понимал одного, почему на всех рекламных щитах была одна и та же реклама сотового оператора.

— Молодой человек! Что с вами? – раздался сзади голос.

Василий попытался обернуться, но его качнуло, в глазах всё поплыло, подкатилась тошнота. Чьи-то руки подхватили его. Мгновение и всё встало на свои места.

— Всё нормально. Спасибо! – Василий обратил внимание на проплывающие рекламные щиты. Чего только там не было, но рекламы сотового оператора «Мегафон» он не увидел.

Второй день прошёл тяжело. Сон наседал всё время дежурства. Ничего не помогало. Энергичное передвижение по залу давало короткое прояснение в голове, но стоило только остановиться, как в глазах всё начинало плыть. И ещё головная боль, которая начинала нарастать к вечеру. Так продолжалось до закрытия магазина. Наконец настала долгожданная зачистка, а значит, путь домой и долгожданный сон.

Все проходило как обычно. Проверили четвёртый этаж. Всё хорошо. Зачистили третий этаж. Чисто. Заканчивали осмотр второго этажа. Василий неожиданно остановился. Прикрыл глаза. Открыл и обернулся.

— Стойте! – громко произнёс Василий и указал рукой на рекламный щит «Мегафон», который стоял на фанерном кубе.

— Скоков, ты о чём? – с усмешкой спросил старший смены.

— Надо проверить этот ящик, — уверенно и настойчиво проговорил Василий.

— Туда не залезешь, там никого не может быть.

Василий подошёл к щиту. Осмотрел куб. Достал перочинный нож и засунул лезвие в щель, надавил. Задняя стенка куба отвалилась.

— Принимайте, — Василий извлёк из ящика за руку небольшого человека.

— Ну, ты дал! Пинкертон! – удивлённо произнёс «старший».

— Вывод второй – чтобы перестала болеть голова надо кого-нибудь поймать, — улыбался Василий.

Немая сцена. Вся смена смотрела на него молча и с удивлением. Больше всех был удивлён пойманный человечек.

Наступил долгожданный выходной. Была одна только мысль: «Спать!». Но днём спать было сложно. После двух часов пришлось проснуться, где-то в доме работала дрель.

— Почему именно сегодня? – крикнул в потолок Василий.

Работа инструмента продолжалась еще полчаса. Потом, за окном начала работать автомобильная сигнализация. Не долго, но этого хватило, чтобы понять, что отдых закончен. «Надо будет сегодня лечь пораньше» — подумал Василий.

И по такому сценарию потекла жизнь дальше. По пятнадцать часов на работе в течение двух дней, затем попытка отдыха. И что интересно, одного дня для отдыха не хватало. Усталость накапливалась и через месяц Василий стал напоминать робота без эмоций и желаний. Нет, в прочем, одно желание было. Спать!

Через два месяца Василий решил уволиться. Он понимал, что если останется работать в таком режиме, то широко открытые ворота дурдома ему будут обеспечены.

5

Настал очередной выходной день. Но об отдыхе не было и речи. Василий твёрдо решил поехать к Сергею и написать заявление об увольнении. Не успел он закончить завтрак, как раздался телефонный звонок.

— Вась, привет! Не разбудил? У тебя же сегодня отдых, — быстро проговорил Сергей.

— Привет! Нет, я уже пью кофе, — удивлённо ответил Василий.

— Отлично! Закончишь с кофе, давай ко мне, есть разговор.

— Буду! – прозвучал короткий ответ.

— До встречи, Скок.

— Да. Давай, — повесил трубку и задумался. Сновидений и видений не было, значит ничего серьёзного.

По дороге в офис Василий обдумывал, как бы помягче объяснить Сергею о своём желании уволиться. В голове крутились разные варианты разговора и, в конце концов, он решил сказать, что ему предложили хорошую работу, настолько хорошую, что он согласился сразу. На том и порешил.

Локтев встретил его улыбаясь, крепко пожал поданную руку.

— Садись. Чай, кофе?

— Давай кофе.

Сергей подошёл к столику в углу кабинета, немного там «поколдовал» с чайником, чашками, ложками и принёс две чашки кофе.

— Как у тебя там, в магазине работается?

— Нормально. Кстати, хотел поговорить по этому поводу, — начал было свою тему Василий.

— Да, да. Погоди. Потом. Тут такое дело, — Сергей отпил кофе и посмотрел на Василия, — есть интересная, но заковыристая работа.

— Слушаю, — Василий напрягся и весь превратился в слух.

— Есть у нас на обслуживании один банк, не крупный, так, мелочь. Более скажу. Странный этот банк какой-то. Руководит им парочка, он и она. Не муж и жена, но живут давно вместе. У неё двойное гражданство, наше и германское. Да, у неё есть дочь восемнадцати лет, оторва полнейшая. Банк с физическими лицами не работает. Так вот, просят найти им начальника службы безопасности.

— А вы тогда каким боком там, если у них есть своя служба безопасности?

— Вот такая фишка, вся охрана наша чоповская, но есть свой начальник службы безопасности. А в этой самой службе он и есть единственный человек.

— И какова моя задача будет? – как-то безразлично спросил Василий.

— Создать эту службу. Но только, Вась, держи с ними нос по ветру и ухо востро. Очень уж скользкая эта парочка.

— Ну, ладно. Давай попробуем.

— Ты, что хотел-то по работе в магазине обсудить? – спросил Сергей и Василию показалось, что тот явно догадывался о теме беседы.

— Да нет, уже ни о чём. Вопрос решён.

— Ну и прекрасно. Вот тебе все координаты этого хозяйства, а я сейчас позвоню и договорюсь о встрече, — Сергей передал Скокову лист с данными на руководителей банка. – Алло! Александр Сергеевич! День добрый! Локтев беспокоит. Да, да! Конечно помню. Вот по этому вопросу и звоню. Да, нашёл. Отличный парень, профессионал высокого класса. Да, да, со связями. Василий Николаевич Скоков. Майор. Да. Спецназ ВДВ. А как же, а бы с кем не работаем. Да. Хорошо. Понял. Всего доброго!

Локтев положил трубку. Тяжело вздохнул, выдохнул и улыбнулся.

— Какими связями я обладаю? – спросил Василий.

— Да это я так, для солидности, мол, в силовых структурах есть связи. Если что, обращайся ко мне и связи обеспечим. Завтра к двенадцати часам. Адрес у тебя есть. Сразу отзвонись, а я потом ему позвоню, узнаю результат.

6

Ночь прошла спокойно. Навязчивое сновидение Василия не посетило, поэтому, подъём был лёгкий. Чтобы приехать к новому начальству своевременно, с вечера рассчитал время на дорогу. Скоков очень не любил опаздывать и к людям, которые не следят за своим временем, относился с недоверием. Как можно иметь какие-нибудь дела с тем, кто к другим неуважительно относится, опаздывая на встречу.

Ехать пришлось на другую сторону Москвы. Но настроение у Василия было хорошее и дорога не показалась ему долгой и нудной.

Внешний вид банка впечатления не произвёл. Банк арендовал помещение в четырёхэтажном старом здании. Серый цвет сооружения эпохи развитого социализма ложился на сознание холодной тенью. У входа на стене было нагромождение разноцветных табличек, кричащих о присутствии здесь множества организаций. Среди этого изобилия шедевров дизайна Василий нашёл табличку интересующего его банка.

Второй этаж перегораживала массивная железная дверь. Кнопка переговорного устройства и глазок видеокамеры.

— Слушаю вас, — раздался голос в переговорном устройстве после того как Скоков нажал на кнопку.

— Василий Скоков к Александру Сергеевичу по предварительной договорённости, — спокойно и несколько растянуто проговорил Василий, чтобы спрашивающий мог понять, кто и к кому пришёл.

Зайдя внутрь помещения, быстро окинул взглядом обстановку. Банк не банк, какая-то контора. Стол, за которым сидел «чоповец», барьер с калиткой для прохода, два стула для ожидания.

— Присядьте, я сейчас доложу, — после короткого доклада охранник открыл калитку, — проходите. Вас ждут. Прямо по коридору последняя дверь направо.

Кабинет, в который вошёл Василий, как и здание, наводил на тоску. Голые стены, длинный стол, стулья. Складывалось ощущение, что это всё временно. Во главе стола восседал лысеющий мужчина средних лет, чисто выбритый с неприятными серыми глазами, одетый в добротный костюм. Рядом с ним сидела женщина, явно старше своего напарника, крашеная блондинка с красивым овалом лица, но взглядом кобры. Скоков сразу почувствовал на себе прожигающий взгляд, который явно хотел сразу поставить Василия на колени.

— Добрый день! – твёрдым уверенным голосом произнёс пришедший. – Разрешите войти.

— Да, да. Войдите, — ответил мужчина.

Скокову предложили сесть.

— Василий Николаевич, позвольте представиться —  Александр Сергеевич Заволоков, один из владельцев данного банка, — повернувшись к даме, улыбнулся и сказал, — Эльвира Деникен, мой партнёр по бизнесу и второй владелец нашего банка.

На слове «нашего» Заволоков сделал ударение. Василий улыбнулся и сделал лёгкий поклон головой.

— Василий Николаевич, нам вас рекомендовали как опытного и грамотного специалиста. Мы хотим предложить вам должность начальника службы безопасности нашего банка.

— Я согласен.

— Во-первых, надо создать службу и привести всё, что касается безопасности банка и его руководителей, как говорится, в соответствии с буквами закона. У нас пока…

— Я видел и всё понял. Сделаю.

— Ну и отлично. Тогда пройдите в бухгалтерию, там оформят договор и все формальности, и можете сразу приступать к своим обязанностям. Да, обязанности тоже вам придётся создать самому, и через три дня мне на утверждение. Финансово вас не обидим. Думаю, месячного испытательного срока вам хватит?

— Думаю, да! – Скоков встал, воткнул свой взгляд в переносицу Эльвире и загробным голосом произнёс, — с вашего позволения я пойду знакомиться с делами.

Не дожидаясь ответа, Василий твёрдым шагом направился к двери, резко её открыл, также быстро начал закрывать, но в самом конце притормозил и тихо закрыл.

Партнёры по бизнесу молча переглянулись.

— Дорогая, ты думаешь, мы правильно сделали, что его взяли?

— Не знаю, не знаю. Посмотрим. Типчик ещё тот, — тихо произнесла Эльвира, не отрывая взгляда от двери.

Василий Скоков, выйдя из кабинета руководителей, направился к охране.

— Я ваш начальник службы безопасности, Скоков Василий Николаевич, только что назначен.

Охранник встал, отложил газету и испуганно посмотрел на грозного вида начальника.

— Почему не спросили у меня документы и пропустили к руководителю банка?

Но ответ не успел ещё сформироваться в голове охранника, как сработал сигнал переговорного устройства и на экране появилось изображение молодой девицы, размахивающей руками. «Чоповец» кинулся к пульту, чтобы открыть дверь. Массивная железная дверь распахнулась, как картонная и в помещение влетела разъярённая девушка лет восемнадцати, с ярким макияжем, обвешанная цепями и кольцами.

— Заснул что ли? – закричала на охранника девица. – Мама здесь?

— Да. У себя.

Через открытую калитку шумная посетительница пролетела в направлении кабинета.

— Кто это? – спокойно спросил Василий.

— Дочь Эльвиры, — почти шёпотом ответил охранник.

— Она сотрудник банка?

— Нет.

— У неё есть пропуск?

— Нет.

— Почему свободно пропустил?

— Так ведь…

— Понятно. Как вас тут ещё не разогнали? Где бухгалтерия?

— Вон по тому коридору налево, там одна дверь.

— Главбух кто?

— Ольга Михайловна.

— Ладно, спасибо. С тобой ещё поговорим. Да, а ты, что один здесь дежуришь?

— Нет. Коля спит в комнате отдыха, а Серёга в магазин побежал, — на понижающей интонации проговорил охранник.

— Понятно. Старший кто? Хотя подожди, сам угадаю. Серёга!

— Так точно.

— Молодцы. Через час, Серёгу, ко мне в кабинет.

Ольга Михайловна оказалась приятной женщиной пенсионного возраста. Маленькая, с беспокойным взглядом.

— Василий? …

— Николаевич, — мягко ответил Скоков.

— Да, да. Василий Николаевич, значит, вы у нас будете начальником службы безопасности?

— Да. Должен быть.

Женщина тяжело вздохнула и как-то печально посмотрела на Василия.

— Ольга Михайловна, вы что-то хотите мне сказать или предупредить?

— Я вижу, вы человек хороший, — начала Ольга Михайловна, — зря вы согласились на эту должность. Здесь уже четыре человека до вас пробовали работать. Все ушли. Плохое место. И эти люди, оба, плохие. Будьте внимательны и осторожны.

— Спасибо! Обязательно прислушаюсь к тому, что вы мне сказали, — Василий в этот момент почувствовал, как от этой женщины исходило материнское тепло. Он понял, что к её словам стоит отнестись со всей серьёзностью.

Всё остальное время рабочего дня ушло на оформление документов, знакомство с банком и его сотрудниками, беседой со старшим смены охраны.

Под вечер позвонил Локтев.

— Василь, привет! Можно поздравить?

— Привет! Можно!

— Ну и как?

— Слушай, это не банк. Я даже не знаю, как эту контору назвать. У них под хранилище денег кладовка из-под архива переоборудована, так как архива нет. А охрана. Это твои «чоповцы»?

— Да, мои.

— Ну, это отстой полный.

— Вась, ты извини, но туда я самых молодых отправил. На серьёзные объекты их нельзя. А как тебе парочка?

— Всё класс! Хорошо. Сделаю им и службу безопасности, и порядок наведу. Боюсь, только это мало кому понравится. Но, мне с ними детей не крестить. По закону, так по закону.

— Выгонят, не волнуйся. Найдём ещё чего-нибудь.

— Вот именно, чего-нибудь. Ладно, спасибо! Давай, до связи!

— Пока, пока.

7

Весь следующий день Василий изучал законодательство и руководящие документы по банковскому делу. От печки, так от печки. Через день он представил руководству структуру службы безопасности, проект штатного расписания, обязанности сотрудников и план неотложных мероприятий по оборудованию банка в соответствии с требованиями законодательства. Александр Сергеевич внимательно просмотрел представленные документы, достал носовой платок, протёр вспотевшую шею.

— Что, так всё серьёзно? Это надо сделать? – не отрывая взгляда от бумаг, произнёс Заволоков.

— Да. И в первую очередь.

— Это потребует немалого финансирования. Хорошо. Идите. Я с Эльвирой посоветуюсь.

Проходя по коридору, Скоков услышал в районе поста у входа в банк шум. Кто-то разговаривал на повышенных тонах. Это была дочь Эльвиры. Красная от возмущения она почти кричала на охранника.

— Открой сейчас же! Или вылетишь из банка в два счёта!

— Предъявите паспорт, — требовал охранник. Василий строго настрого запретил пропускать наглую девушку без документов.

— Ты чё! Какой паспорт! Ты не знаешь кто я такая?

— В данный момент вы пытаетесь прорваться на территорию банка, — вмешался в разговор Василий.

— А ты кто такой? – гневно спросила девица.

— Не ты, а вы. Я, начальник службы безопасности банка. А вот, кто вы такая?

— Я дочь Эльвиры! Вы все будете уволены! – ещё больше распалялась возмутительница спокойствия.

— А у вас есть документы подтверждающие, что вы та за кого себя выдаёте?

— Сейчас будут тебе документы, — девушка вытащила мобильный телефон и лихорадочно начала набирать номер. – Ма! Алло! Кто у тебя здесь на охране? Меня в банк не пускают. Мне к Александру надо. Хорошо. Жду.

Закончив разговор, девушка с ехидной улыбкой посмотрела на обоих своих обидчиков.

— Сейчас вам будет документ. Получите оба, по полной программе.

Послышался звук открываемой двери. Из кабинета вышел Заволоков и направился к месту инцидента.

— Александр, что за фигня у вас здесь происходит?

— Василий Николаевич, что произошло? – спокойно спросил хозяин банка.

— Александр Сергеевич, вы лично утвердили порядок прохода на территорию банка для сотрудников и посетителей, — начал отчёт Скоков. – Данная особа…

— Ты чё такое говоришь? – крикнула от двери особа.

— Данная особа, — продолжил начальник службы безопасности, — не предъявляя ни пропуска, ни паспорта, оскорбляя сотрудника охраны, пытается прорваться на территорию банка, уверяя, что она дочь Эльвиры. Я хотел уже наряд милиции вызывать.

Возмущённая особа молча стояла и смотрела на Заволокова с удивлением. Она явно не понимала, что происходит.

— Василий Николаевич, это действительно дочь Эльвиры. Принесите мне бланк заявки на неё и я подпишу, а завтра оформите, пожалуйста, ей пропуск в банк.

— Хорошо, Александр Сергеевич, сделаю, — Скоков перенёс свой взгляд на девушку. Та опустила глаза и проследовала за другом матери.

— И только так! – обратился Василий к охраннику. – Передать по смене.

— Слушаюсь, — вытянулся по стойке «смирно» дежурный.

Слух о произошедшем с дочерью Эльвиры пронёсся по банку вихрем. Василий Скоков в глазах сотрудников вырос на две головы. Ольга Михайловна пригласила его в обеденный перерыв на чай в бухгалтерию.

8

В решении организационных вопросов пролетели две недели.

Вечером  в понедельник Скокова вызвал к себе Заволоков.

— Василий Николаевич, завтра у меня важное дело на выезде. Мне нужна личная охрана.

— Александр Сергеевич, вы штат ещё не утвердили, людей у меня нет. Давайте я договорюсь с ЧОПом.

— Нет, не надо. Дело тонкое. Поедите со мной вы. В десять сорок пять выезжаем. Не забудьте оружие, — как-то напряжённо произнёс Заволоков, потом улыбнулся, — на всякий случай.

В назначенное время Василий ожидал у выхода своего начальника. Заволоков подъехал на своём «Ягуаре», сам за рулём, в машине никого больше не было.

— Добрый день, Василий Николаевич, садитесь.

— Добрый день, — усаживаясь в кожаное кресло, ответил Скоков.

— Задача простая. Приедем по адресу, я переговорю, вы посмотрите, чтобы не мешали разговору. Всё.

— Понял, — ответил Василий и подумал о том, что странная эта встреча какая-то, руководитель банка сам за рулём, с одним личным охранником. Едем на чужую территорию.

Минут через сорок подъехали к стройке. Автомобиль остановился около будки, которая видимо, служила конторой. Рядом со строением стоял «Мерседес», немного дальше большой внедорожник с тонированными стёклами. «Похоже на стрелку», — подумал Василий и внимательно осмотрел подступы к будке, не выпуская из внимания внедорожник.

— Выходим, — скомандовал Заволоков и вышел из автомобиля. За ним последовал Скоков, внимательно следя за обстановкой.

Из «Мерседеса» вышел мужчина в чёрном пальто, поздоровался с Заволоковым и предложил пройти в будку.

— Останься у входа, — тихо проговорил Александр Сергеевич.

Василий встал у входа в будку и повернулся к ней спиной. Тут же из-за угла вышел мужчина крепкого телосложения в чёрной куртке и встал у другой двери. Скоков увидел, как у задней двери внедорожника опустилось стекло и он подумал: «Приплыли. Стою как ростовая мишень в тире. Что я здесь делаю и ради чего?».

Крепкий мужчина попытался засунуть руку в карман куртки, может быть за платком или ещё за чем. Василий посмотрел на него и покачал головой, как бы говоря «не надо». Рука сначала замерла на месте, мужчина улыбнулся и опустил руку. Скоков пытался услышать, что делается внутри будки и одновременно следил за соседом и внедорожником. Варианты он даже не просчитывал, всё было не в его пользу, но ему что-то подсказывало, что всё обойдётся.

Через пять минут из будки вышел мужчина в пальто и сел в «Мерседес», сосед-крепыш последовал за ним. Автомобиль рванул к воротам стройплощадки, за ним следом помчался внедорожник.

Василий кинулся вовнутрь строения. За столом сидел Заволоков, опустив голову и подпирая её руками.

— Не хотят, — промолвил он, когда Скоков закрыл за собой дверь.

— Чего не хотят?

— Не хотят отдавать деньги. Много денег. Моих денег, — Заволоков поднял глаза на Василия, — Василий, помоги, надо из них выбить должок.

В банк ехали молча. Александр Сергеевич имел жалкий вид, пот стекал по вискам, руки дрожали.

— Александр Сергеевич, может быть, я поведу машину.

— Нет! – отрезал Заволоков.

У входа в банк они встретили бухгалтера, которая несла торт.

— Людмила Александровна, день добрый! – поздоровался Василий. – Торт по какому случаю?

— Как? У Ольги Михайловны сегодня юбилей. Семьдесят ей, — с удивлением ответила женщина.

Василий с не меньшим удивлением посмотрел на шефа. Заволоков демонстративно отвернулся и проговорил:

— Через полчаса у меня в кабинете. Есть разговор.

Александр Сергеевич быстро открыл дверь, не пропустив женщину, вбежал в здание. Скоков почувствовал себя неудобно за шефа и пообещал зайти в бухгалтерию.

Через полчаса хозяин банка начал долгий разговор с начальником службы безопасности о тяжёлом финансовом положении банка, что соответственно негативно отразится на сотрудниках.

— Поэтому надо принять срочные меры по возвращению долга, — Заволоков беспокойно ходил из угла в угол. – Скоков, понимаешь? Надо срочно! Давай, напряги свои связи, всю необходимую информацию я тебе дам, только верни деньги.

— Хорошо. Постараюсь.

— Нет! Пожалуйста, не надо стараться, надо сделать однозначно! – чуть ли не на крик перешёл Заволоков.

— Да, конечно. Сделаю. Я могу идти?

— Да, иди. Мне надо посидеть подумать.

— А по поводу юбилея?

— Какого?

— Ольги Михайловны.

— Ой, Василий Николаевич, не до этого сейчас. Потом, потом. Иди.

В груди Скокова заколотило возмущение, но он, ни говоря ни слова вышел из кабинета. Закрыл дверь, немного постоял, подумал и быстрым шагом направился к выходу.

Минут через двадцать Василий с большим букетом роз вошёл в бухгалтерию. Чаепитие было в самом разгаре. Увидев Скокова, Ольга Михайловна встала и только смогла произнести:

— Василий!

Мужчина подошёл к юбиляру, поцеловал руку и вручил букет:

— С праздником!!! С днём рождения!!!

Все присутствующие зааплодировали. На глазах Ольги Михайловны появились слёзы.

— Спасибо, Васенька. Присаживайтесь с нами.

Василий сел на поданный ему стул, взял чашку с чаем, встал и произнёс:

— Ну, что. Чаем так чаем. Старость… — резко наступила тишина и все с ужасом посмотрели на Василия, — как сказал Мик Джаггер «Старость – это когда все говорят про твоё прошлое, а не будущее», Ольга Михайловна, будьте здоровы, живите долго и счастливо и сделайте ещё много добрых дел.

Казалось, что все дружно выдохнули после долгой паузы.

9

— Серёжа, привет! Я тебе отправил по электронной почте информацию. Посмотри. Сможешь чем помочь? Это Заволоков просил.

— Да, Вася, здравствуй! Я уже видел твоё письмо. Конечно сделаем. Всё сделаем грамотно, не беспокойся.

— Да вот как раз я и беспокоюсь. Дела какие-то тёмные. Не люблю я этого.

— Я понимаю. Давай посмотрим ещё немного. Я тебе сегодня ближе к вечеру перезвоню.

— Ну, если только немного, то давай, — Василий повесил трубку.

Вечером Локтев как и обещал позвонил.

— Ну всё, Скок. Вопрос решён, не переживай. День-два и будет серьёзный наезд. Очень серьёзный.

— Спасибо!

— А начальничек-то твой оказывается та ещё штучка. Мне сегодня очень многое о нём порассказали.

— Привет, так это ты мне его сосватал, — удивился Василий.

— Да не переживай. Всё под контролем. Твоё появление в этом банке оказалось очень кстати. Ладно, давай, до связи.

Василий не успел ответить, как пошли гудки. Ну что, надо доложить шефу. Скоков вышел из кабинета и направился к Заволокову. Проходя мимо охранника, он услышал знакомые голоса.

— Ваш пропуск.

— На! Это я! Доволен!

— Проходите, — ответил спокойный и вежливый голос.

Мимо начальника службы безопасности, не поздоровавшись, с задранным кверху носом, прошла дочь Эльвиры. Подойдя к двери руководителя банка, она без стука практически ворвалась в кабинет.

Скоков остановился у кабинета Заволокова, постучал. Из-за двери раздалось: «Да-да!».

— Александр Сергеевич, разрешите войти?

— Да, конечно, Василий Николаевич.

В кабинете находились трое: Заволоков, Эльвира и её дочь. Василий взглядом указал на девушку.

— Нона, подожди пока в коридоре, — мягко произнёс Заволоков.

Девушка вспыхнула, хотела что-то сказать, но столкнулась с каменным взглядом матери, встала и быстро вышла из кабинета.

— Эльвира, добрый день, — поздоровался Василий, та кивнула головой. – Александр Сергеевич, вопрос решён. В течение двух дней ждите результат.

Эльвира улыбнулась, Заволоков громко засмеялся:

— Отлично! Василий Николаевич, если всё получится, я в долгу не останусь. Идите, работайте.

Когда Скоков вышел, улыбки с лиц компаньонов спали.

— Думаешь получится? – обратилась она к другу и увидев входящую дочь, крикнула – Подожди!

— Должно получиться, — утвердительно ответил Заволоков. – Тогда мы всё сделаем как надо и…

— Рано мечтать. Ещё ничего не сделано.

На третий день Заволоков, тряся двумя руками руку Скокова, горячо благодарил его за быстро сделанное дело.

— Василий Николаевич, ну, я просто удивляюсь вашим возможностям. В такой короткий срок и главное всю сумму сразу. Ну, слов нет. Молодец! Молодец! Спасибо ещё раз!

— Ещё раз, не за что, — смущаясь, ответил Скоков.

— Василий Николаевич, есть ещё одно дельце. Есть фирма, которая должна мне…

— Стоп! Александр Сергеевич, это что, как в сказке о золотой рыбке? Вы помните, чем там дело закончилось?

— Причём тут золотая рыбка? Надо ещё одну сумму вернуть, — с возмущением парировал Заволоков.

— Нет, нет. Я кто? Я начальник службы безопасности банка. Бе-зо-пас-но-сти!!! – по слогам произнёс Скоков. – Вы сами утверждали мои обязанности, подписали их. Там нет ни слова о том, что я обязан выбивать долги.

— А я для чего брал вас к себе? – продолжал возмущаться Заволоков.

— Александр Сергеевич! Не на того напали. Была просьба. Я её выполнил. Но это в мои обязанности не входит.

— Ну, так выполните ещё одну просьбу.

— Нет. Для этого есть организации, которые занимаются подобными вещами. Обращайтесь к ним.

Заволоков задумался. Повернулся к окну, долго смотрел куда-то.

— Хорошо. Идите, занимайтесь своими обязанностями, — произнёс он не оборачиваясь. Заволоков ждал, что услышит возражение, но услышал звук закрываемой двери. Он не знал, что делать. Процесс притока капитала только пошёл, впереди надо было ещё сделать много в этом направлении, но произошла осечка. Что-то надо было делать.

10

Странно, но этой ночью Василий не мог долго заснуть. Всё думал о Заволокове. Тот вот уже два дня куда-то уезжал один, никакой информации о цели и месте поездки не давал. Явно с кем-то встречался. Эти мысли не давали Василию заснуть. Куда он уезжает? С кем встречается? Что за дверь, в которую он входит? Почему все окна пустые? Глаза старались прощупать каждое окно. Тишина. Открывается окно задней двери стоящего рядом внедорожника. Огромной силы взрыв разорвал тишину. «Фугас», — промелькнуло в голове. Удар в грудь. Чувство полёта. Полёта в никуда…

Василий проснулся.

— Опять! Что на этот раз?

До банка Скоков добрался быстро. Никаких затруднений, кроме неутихающей боли в висках. Охрана на месте. Короткий доклад о том, как прошла ночь в банке. Естественно, происшествий нет. Зашёл в кабинет. Сел за рабочий стол. Что-то темновато. Включил настольную лампу… короткая вспышка перегоревшей лампочки… пламя… выпрыгивающий из огня хищник, пантера или львица… темнота. Зрение вернулось. Голова перестала болеть.

— Что это было? – начал размышлять Василий, взяв ручку, стал рисовать на бумаге. – Хищник, кошачьей породы, выпрыгивает из огня. Цирк что ли? Причём тут цирк?

— Василий Николаевич, вы просили сообщить, когда Заволоков уедет, — докладывал по связи охранник, — так вот, он только что вышел.

Скоков ринулся к выходу. Выскочив на улицу, он увидел садящегося в свой «Ягуар» Заволокова.

— Хищник! Ягуар! – дошло до Скокова. – Александр Сергеевич, стойте!

— Что ещё? – недовольно произнес Заволоков, закрывая дверь машины.

— Вы куда?

— Скоков, вы в своём уме? У меня дела!

Взревел мотор и автомобиль скрылся за поворотом. Василий побежал в офис.

— Эльвира здесь? – спросил он, пробегая мимо охранника.

— На месте, — последовал ответ.

— Эльвира, звоните Александру Сергеевичу, верните его обратно, ему нельзя туда ехать! – почти кричал Василий с порога кабинета.

— Скоков! Вы на базаре или где? Вы что врываетесь? – Эльвира хищно улыбнулась. – Скоков, покиньте кабинет!

— Воля ваша, — от хлопка закрываемой двери Эльвира подпрыгнула в кресле.

Ближе к обеду дверь кабинета начальника службы безопасности распахнулась и на пороге появилась перепуганная и злая Эльвира.

— Ты знал?! – закричала она на Василия.

— Я много чего знаю. Что конкретно вас интересует? – последовал спокойный ответ.

— Сашу хотели убить! Ты знал?

— Нет. Вот этого я как раз и не знал, — непроизвольная улыбка проскочила на его лице.

— Ты что лыбишься? – покраснела Эльвира.

— Эльвира…, как вас там? Не тыкайте и не хамите! Я вам не пацан, — Василий, не вставая, показал рукой на стул, — сядьте, успокойтесь и расскажите подробней что случилось.

Женщина моментально «сдулась», села на стул и заплакала. Скоков налил в стакан воды и пододвинул Эльвире.

— Говорите, — сказал он, после того, как она сделала глоток воды.

— Саша поехал на встречу по поводу возврата денег. Когда он вёл беседу, на улице подожгли его машину. Естественно переговоры не удались, машина сгорела. Его явно хотели убить.

— Я же вас предупреждал, что ему нельзя было туда ехать.

Эльвира подозрительно покосилась на Василия и как-то зло произнесла:

— А ты, откуда знал, что там произойдёт?

— А вот глазки строить мне не надо. Я сказал, что нельзя ехать, значит нельзя. Если не хотите меня слушать, тогда увольте и найдите себе послушного мальчика. Я ясно сказал! – Василий сделал акцент на последнюю фразу.

— Да, Василий Николаевич. Нет, Василий Николаевич, вы нас устраиваете, — тихо произнесла Эльвира.

— Жадность фраера погубит, — Василий сконцентрировал свой взгляд в район переносицы Эльвиры. — Думать надо, прежде чем делать и советоваться с людьми, которые более компетентны в таких делах.

Эльвира кивнула головой в ответ.

— Александр Сергеевич приедет, поговорите с ним об этом. А я, пошёл на обед.

Прогуливаясь на площадке перед зданием, где находился банк, Скоков разговаривал с Локтевым по телефону. Он поделился информацией, полученной от Эльвиры. Сергей попросил его приехать в офис охранной фирмы.

— Привет! – поздоровался Василий, заходя к Локтеву в кабинет.

— Здравствуй, Вася! Заходи, присаживайся, — Сергей пожал руку друга. – Пока ты до меня добирался, я тут позвонил и навёл справки. Влип твой шеф в разборочку. Мало ему теперь не покажется.

— Вот козёл упрямый, — усмехнулся Василий. – Решил показать мне, что сам сможет всё сделать. Ну-ну.

— Тут ещё интересная картинка вырисовывается, — Сергей поставил на стол две чашки кофе. – Деньги, которые он выбивает, не ему принадлежат. Его бывший партнёр кредитовал несколько фирм сомнительной деятельности, ещё до их совместной работы.

— Так, а что же тот сам не собирает долги.

— Того давно как нет в живых. Инфаркт. И Заволокову, видимо, достались документы партнёра, где он и нашёл интересную информацию.

— Судя по деятельности банка и тому чем занимается непосредственно Заволоков и его партнёрша, банк это только прикрытие. Соберёт деньги и только его видели.

— Видимо так оно и есть, — подвёл итог Сергей.

— Да. Видимо не судьба, — как-то грустно произнёс Василий.

— Ты о чём?

— У меня завтра заканчивается испытательный срок.

— И?

— Всё! Пора вернуться к жизни простого обывателя.

Локтев понимающе покачал головой.

— Вась, у меня сейчас ничего пока нет. Как только, я сообщу.

— Не напрягайся особенно. Не пропаду. Кофе допили, тогда…

— Стоп! – Сергей открыл дверцу сейфа. – Давай по маленькой, на удачу.

— Давай!

Утром следующего дня Василий Скоков постучался в дверь кабинета руководителей банка.

— Заходите, Василий Николаевич! – произнёс Заволоков в ответ на стук в дверь. – Здравствуйте!

Скоков вошёл в кабинет. За столом, как всегда, сидели двое. «Для букета дочки не хватает» — подумал Василий.

— Александр Сергеевич, надо решить один вопрос.

— Я слушаю вас, — с каким-то безразличием сказал Заволоков.

— Сегодня заканчивается мой испытательный срок, — Скоков открыл, находящуюся в руках папку для бумаг, и извлек лист с напечатанным текстом.

— Да, я помню, — улыбнулся Заволоков и протянул руку за документом. – Вы нас вполне устраиваете, продолжайте работать.

— Спасибо! Но вы меня не устраиваете, — Василий положил заявление на стол. – Подпишите. Дела передам начальнику отдела кадров.

Наступила классическая минута молчания. Заволоков замер с протянутой рукой. Эльвира недоумённо смотрела на Василия.

— Хорошо, — пришёл в себя Александр Сергеевич, подписал заявление и отодвинул его в сторону Скокова, — идите.  

Василий Скоков медленным уверенным шагом вышел из кабинета. Эльвира продолжала находиться в анабиозе.

— Дорогая! Алло! – Заволоков щёлкнул пальцем перед её лицом.

— Ты его просто так отпустишь? – очнулась Эльвира.

— А что я могу сделать? Он нам больше не помощник, только мешать будет.

— Но он не простой. Он знал откуда-то о поджоге машины заранее. Но вот, откуда? – Эльвира прищурила глаза и попыталась напрячь мозги, она раньше была уверена, что видит людей насквозь. Теперь в неё стало закрадываться сомнение в её способностях.

После сдачи дел Скоков с большим тортом зашёл в бухгалтерию.

— Девушки, представляюсь по случаю увольнения в запас! – громко и радостно объявил Василий, войдя в комнату. Но бурных оваций в ответ не последовало. Ольга Михайловна подошла к Скокову и тихо произнесла:

— Василий Николаевич, Заволоков дал распоряжение вам не выплачивать зарплату. Сказал, чтобы любыми отговорками тянуть время до бесконечности, — женщина смотрела на Василия так печально, что слеза чуть было не прошибла его.

— Пьём чай, пока торт не прокис от кислого настроения. Все за стол!

11

В начале второй недели вынужденного безделья позвонил Локтев.

— Васёк, привет! Не скучаешь?

— Здравствуй! Скучать не приходится, пытаюсь продавить диван. Ещё недельку и точно достану спиной до пола.

— Сворачивай свой давильный цех. Я тебе предложить пока ничего не могу, но вот на днях разговаривал с Колей Грушевским. Помнишь его?

— Начсвязи?

— Он самый. Ему водитель на легковую нужен, свой надёжный человек нужен. Как?

— Да никак. Конечно, пойду. Всё одно от безделья мучаюсь. Два дня сидел на телефоне. Никому не нужен. Знаешь, Серж, как в другом мире живём, чувствуешь себя инопланетянином.

— Да, да. Знакомо. Короче. Сейчас скину тебе его телефон, созванивайся. Предварительно я о тебе договорился.

— Спасибо!

— Было бы за что. Пока!

— Давай! — Василий отключил телефон, потянулся, посмотрел на улицу, — ну что, теперь водила.

Встреча Скокова и Грушевского состоялась в кафе «Шоколадница». Однополчане узнали друг друга сразу. Крепко пожали руки и присели за столик. Для начала вспомнили совместную службу, друзей. Потихоньку перешли на житейские вопросы и только потом непосредственно к делу.

— Тебе Локтев уже говорил, что и как? – поинтересовался Грушевский.

— Нет. Сказал что тебе водила нужен. И всё.

— Ага. Ну, значит смотри, расклад такой. Тачку даю. Фольксваген. Задача простая. Меня возить по делам, когда надо, а в другое время развозить по точкам коробки с пивом.

Василий немного поморщился.

— Ты не переживай, Вась. Развозить не много, то есть партиями небольшими. По зарплате не обижу, ну и натурпродуктом будешь также получать. Пиво любишь?

— Не очень.

— Полюбишь. Пиво хорошее, не пойло какое-нибудь. Водительские права живы?

— А куда они денутся, у меня и Жигуль семёрка имеется.

— Вот и отлично! Вот, держи адрес, — Грушевский передал Василию лист бумаги с написанным адресом. – Давай завтра к десяти часам подъезжай и начнёшь въезжать в курс дела. Я побежал.

Попрощавшись, Василий долго крутил листок в руках, размышляя о предстоящей работе. Правильно ли он сделал что согласился? Возить пиво по ларькам. Странно как-то. Хотя, чего тут странного, любая работа есть работа, главное при деле.

Первый рабочий день на новом месте начался с подробного инструктажа. Инструктировал немолодой полноватый мужчина, в прошлом явно имел отношение к торговле и явно не в Москве. Звали его Василий Григорьевич.

— Слухай, тёзка, и запоминай. Тута все документы. Вот эта, расписка, она у тебя. Её подпишет продавец с точки. Вот эта, накладные, которые отдашь продавцу. Ну, до них тебе дела нету. У тебя главное расписка. Сдал, роспись и поехал. Документами нигде не свети. Слухай главное. Нигде не останавливайся, правил не нарушай, чтобы гаишники не тормознули. Ежели остановят, то всё что в багажнике это твоё личное. К точке подъедешь, продавец сигнал подаст, тогда быстро разгружайся и айда назад. Понял?

— Понял, Василий Григорьевич, не тупой, — улыбаясь, отчитался за инструктаж Скоков.

— Ну, во, давай, тёзка, не подведи.

— А что, были, которые подводили?

— Нет. Но это я на всякий случай. Положено. Времена сейчас сам знаешь какие, лопухнёшься, крайним сделают.

— Это да. Когда ехать?

— Сейчас Николая Юрьевича закинешь и потом у тебя будет две точки. Ага?

— Ага! – Скоков опять улыбнулся, а Василий Григорьевич резко выдохнул и вытер платком вспотевшую шею.

— Василий, — раздался голос Грушевского, — готов ехать?

— Да, готов, Николай Юрьевич, — Василий отчётливо и неторопливо произнёс имя и отчество.

— Ладно, давай без официоза. Поехали.

Поездка получилась обычная, ничего особенного. Доехали до указанного Грушевским адреса, Николай вышел из машины и попрощался. Скоков поехал на первую точку. Нашёл без проблем. Машину остановил метров за двадцать до ларька и направился к нему пешком. Дождался когда у ларька никого не было, обратился к продавщице:

— У вас продаётся славянский шкаф?

Молодая женщина с крашенными в ярко рыжий цвет волосами недоумённо посмотрела на произнёсшего нелепую фразу человека и грубо ответила:

— Чё, обкололся что ли? Ну, вали отсюда!

— Вы меня не правильно поняли, девушка, — Василий сделал невинное лицо, — мне вам надо кое-что сказать.

— Ты мне уже всё сказал! Вали! А то сейчас ребят кликну! – разгоралась ещё больше продавщица.

Василий понял, что заигрался и тихим заговорщическим голосом сказал:

— Я товар привёз, — девушка непонимающе посмотрела на Василия, а он улыбнулся и добавил, — меня Василий Григорьевич прислал.

— Дурак! Чё комедию ломаешь. Сразу не мог сказать?

— Не мог. Надо же было сначала познакомиться. Василий! – представился он.

— Познакомился? А теперь дай людям отовариться, — прозвучал за спиной Скокова хриплый голос, и запахло перегаром.

Василий обернулся. Сзади стоял небритый и нечесаный мужчина, в замызганном свитере и мятых истёртых джинсах.

— Две клинского, — прохрипел покупатель.

— Девушка, быстрей отоварьте страждущего, — быстро проговорил Василий, — а то свинец капать начнёт на ботинки.

— Какой свинец? – недовольно буркнул покупатель.

— Ну, трубы-то горят? Если не залить, плавиться начнут.

— Ты, тупой? – сказал недовольный мужчина, забирая бутылки и сдачу.

— Увы, да! – ответил ему вслед Василий.

Женщина засмеялась и вышла из ларька через боковую дверь.

— Таня моё имя. Где товар?

— Момент, — и Скоков ускоренным шагом направился к машине.

Процедура разгрузки и обмена документами прошла быстро. Да и чего там было разгружать, три коробки пива и четыре блока сигарет.

— Татьяна, а почему у вас на ларьке фигурка дельфина прикреплена вверху?

— Так я же с Крыма. В детстве мечтала стать дрессировщицей дельфинов. Вот, моя мечта всегда со мной. Да и удобно, ларёк среди других приметный, посетителей больше, — и она как-то грустно улыбнулась.

— Ну, удачи. Поехал дальше, на Коминтерна, — Василий начал движение в сторону машины.

— Ой, к Галке значит. Ну, у неё фокус со шкафом не пройдёт. Её из танка не прошибёшь, — Татьяна помахала рукой, вслед уходящему Василию.

Памятуя слова Татьяны, Скоков не стал использовать в общении с продавщицей Галиной информацию о шкафе и никелированной кровати. Подъехав к ларьку, он спросил:

— Хозяйка, пиво есть?

— Есть, — абсолютно спокойно и без каких-либо эмоций на лице ответила женщина.

— А ещё нужно?

— Было нужно, да уже взяли. Проезжай!

— А если подумать? Василий Григорьевич…

— Чего придуриваешься? Выгружай! – не моргнув глазом прервала его Галина.

— Василий! – улыбнулся Скоков.

— Новый сорт пива? Василий так Василий, разгружай!

Знакомство произошло, как говорится, на высокой ноте.

Рабочий день закончился. Итог? Три поездки по району. Даже не по городу, а по району. Ну и домой пришёл с честно заработанной бутылкой пива, которую Василию вручил его тёзка.

12

Жизнь потекла по накатанной колее. Спокойная работа, несложные поездки, дармовое пиво, много свободного времени. Правда, свободным его можно было назвать условно потому, что свободное от работы время Василий проводил дома на диване перед телевизором с бутылочкой пива в руке. И начал он замечать, что одежда стала тесноватой, поднявшись на четвёртый этаж, шумно колотилось сердце и как-то тяжело дышалось.

Что-то в жизни видимо стоило поменять. Эта мысль приходила Василию всё чаще и чаще.

Один из дней выдался на удивление напряжённым. Целый день с Грушевским разъезжали по Москве. Встреча за встречей. Николай сказал, что стало сложно работать, много появилось нахлебников. А вечером ещё срочно надо было вывозить всё содержимое одного из ларьков. Так сказать меняли точку.

Василий в этот вечер приехал домой поздно. Уставший, не раздеваясь, сел на диван, включил телевизор. На экране была ночная погоня, полицейские преследовали преступников. Очередной сериал о борьбе с организованной преступностью. Вой сирен, выстрелы, слепящие фары встречных машин. Глаза выхватывали из темноты силуэты машин. Кроме работающих двигателей и стрельбы ничего не было слышно. И вдруг, наступила тишина, фары машин все разом погасли и… огромной силы взрыв разорвал вязкую тишину. «Фугас», — промелькнуло в голове. Удар в грудь. Чувство полёта. Полёта в никуда…

Василий проснулся. Он спал сидя на диване с пультом в руке. По телевизору шёл концерт зарубежной эстрадной песни

— Черт, — откинул в сторону пульт, потёр глаза, — давно не было. Неужели опять начинается? Чего ожидать?

На часах было без двадцати минут пять. Василий улыбнулся и подумал о том, что этот сон прерывается всегда в одно и то же время, странная закономерность.

По дороге на работу Василия давило сонливое состояние. Сказалось раннее пробуждение. Прибыв на место, он пошёл в комнату отдыха, так как в ближайшее время никаких выездов не планировалось.

Удобно усевшись в кресло, Василий закрыл глаза и стал проваливаться в сон… Яркий свет ударил в глаза, звук сильного удара, скрежет железа, крики. Из темноты отчётливо проявился лежащий на земле дельфин без признаков жизни…

Василий очнулся. Волосы на голове были мокрые, сердце бешено колотилось, взгляд бегал по комнате, как у сумасшедшего.

— Дельфин, — единственное, что произнёс Скоков перед тем, как выскочить из комнаты.

— Коля! – Василий ворвался в кабинет Грушевского. – Беда! Сегодня приключится беда с дельфином!

— С каким дельфином? – недоумённо спросил Николай. – Ты, что не видишь, у меня люди?

— То есть с Татьяной, ларёк с Дельфином на Менжинского, — продолжал Василий. – Её надо отозвать, срочно!

— Ты, что больной? Или пьяный? Хотя да и не пьёшь. Иди. Потом.

— Коля…

— Я сказал, иди! – резко и довольно громко произнёс Грушевский и мягко добавил, — потом.

Скоков вышел в коридор, не понимая, что происходит. Он чувствовал беду, которая приближалась всё быстрей и быстрей. Что делать? До улицы Менжинского было не далеко. Надо срочно мчаться туда и предупредить Татьяну. А о чём предупредить? Как объяснить, чтобы не приняли за придурка?

Решив, что всё обдумает на месте, Скоков побежал к машине. Через десять минут Василий затормозил около ларька.

— О, Василий! – удивлённо воскликнула Татьяна. – Ты вроде бы сегодня не планировался?

— Таня! Послушай! – Скоков говорил быстро, но волнение никак не давало ясно выразить мысль. – Срочно! Уходи! Закрывай!

— Стой, стой. Как закрывать? Что, Грушевский приказал?

— Нет! Должна случиться беда, если не уйдёшь. Я видение видел.

Татьяна громко засмеялась.

— Ты явно заработался.

— Таня!

— Езжай, Васенька, отдохни. У меня вон клиенты уже очередь создали.

Скоков опустил голову и пошёл к машине. А может и правда зря паника?

В течении дня ничего не произошло. Василий съездил с шефом на оптовую базу и рабочий день практически закончился. Но чувство тревоги его всё же не покидало.

Вечером дома он не находил себе покоя. Постоянно ходил по квартире. Зашёл на кухню, сварил кофе. В комнате включил телевизор, взял книгу, сел читать. Через пару минут отложил книгу и сел перед телевизором. Долго на просмотр телепередач его не хватило и он снова отправлялся на кухню варить кофе.

После таких пируэтов и ночь прошла беспокойно. Заснуть не мог долго. Как только закрывал глаза, то сразу из темноты всплывал плакат, на котором красноармеец со звездой на будёновке указывал на Василия пальцем и произносил: «Ты! Всё сделал?!». Тут же глаза открывались и сердце бешено колотилось. Так прошла ночь.

Утром, с больной головой Василий отправился в офис.

Первое, что его удивило, это выражение лица секретарши.

— Доброе утро! – поздоровался Скоков.

— Какое же доброе? – с дрожью в голосе ответила секретарша. – Таня Акимова вчера вечером погибла.

— Как погибла? – чуть ли не заорал Скоков.

— Вечером, грузовик снёс ларёк вместе с Таней. Пьяный был. Умерла на месте.

Василий резко повернул голову в сторону кабинета Грушевского и рванул дверь на себя.

— Ты! Скотина! Что ты наделал?! – закричал Скоков.

— Вася, держи себя в руках! – с дрожью в голосе прокричал Грушевский.

— Я же предупреждал! Предупреждал, что будет беда! Предупреждал! – Василий сел на стул и зажал свою голову ладонями. – Как ты мог? Я же предупреждал. Ты убил её.

— Успокойся! Я тут ни причём. Пьяный водитель её убил.

— Я же предупреждал, — повторял Василий.

— Ты, что всеведущ? Предупреждал.

— Да! Всеведущ! У меня порой бывают ведения и они сбываются. Это после контузии со мной происходит. А ты не поверил!

— Кто бы поверил. Это же нонсенс!

— Это факт! И как результат – гибель Татьяны.

— Успокойся. Это случайность.

— Это не случайность, это закономерность нашего бездушного отношения к людям. – Василий сделал паузу. – Коля, я не смогу больше здесь работать. Извини.

— Понимаю. Хорошо.

Василий Скоков уволился в тот же день без каких-либо проблем. Из офиса он отправился на Чистые пруды и остаток дня гулял по бульвару, наблюдая за людьми, голубями и воробьями.

13

Наступило 2 августа. День воздушно-десантных войск. Праздник для всех, кто служит и служил в ВДВ.

Василий не любил отмечать этот праздник шумно и с купанием в фонтане. Обычно он ездил на Новодевичье кладбище на могилу к отцу воздушно-десантных войск Василию Филипповичу Маргелову, к «дяде Васе», как его нежно называли десантники. И в этот раз Скоков поехал туда же.

Дорогу к могиле Командующего ВДВ можно не спрашивать, если идёшь первый раз в этот день. Туда, как говорится, не зарастает народная тропа.

Василий подошёл к могиле, положил букет цветов. Долго смотрел на памятник, на котором мужественный человек гордо смотрел в небо. Создавалось впечатление, что он смотрел на то, как идёт десантирование его крылатой гвардии. Василию вспомнились слова Маргелова: «Тот, кто ни разу в жизни не покидал самолёт, откуда города и сёла кажутся игрушечными, кто ни разу не испытывал радости и страха свободного падения, свист в ушах, струю ветра бьющего в грудь, тот никогда не поймёт чести и гордости десантника…»

— Василий! Скоков! – окрик отвлёк Василия от воспоминаний.

— Да, это я.

Коренастый мужчина невысокого роста с широкой улыбкой смотрел на него.

— Сашка? Ты? – Скоков удивлённо посмотрел на мужчину. Это был Александр Мусатов, с которым они знакомы с самых курсантских дней. Друзья крепко обнялись. – О тебе уже много лет ничего не слышно. Никто из ребят не в курсе, где ты и что ты.

— Это отдельная история. Потом. Как у тебя дела? Семья? Сын уже, наверное, большой?

— Да, большой, — Василий почувствовал какую-то неловкость. – Пойдем, посидим где-нибудь.

— Пошли, — сказал Александр, продолжая улыбаться.

Уже минут сорок они сидели в уютном кафе, пили кофе, вспоминали молодые лейтенантские годы, Афганистан, друзей. Василий рассказал о контузии, о разводе, о попытках найти работу. Александр о себе ничего не рассказывал, только задавал вопросы.

— Ну, а ты как? – в очередной раз задал вопрос Василий.

— Послушай, Васёк, — в очередной раз ушёл от ответа Александр. – А у тебя романтика и азарт ещё остались хоть немного?

— Да я как-то никогда не жаловался на их отсутствие.

— Тут, такое дело, — замялся Мусатов. – Могу предложить тебе интересную работу. Прямо скажу, не лёгкое дело, но интересное и прибыльное.

Василий молчал и пристально смотрел на друга. Что-то в выражении лица Александра изменилось. Пропала улыбка, брови сдвинулись к переносице, заиграли желваки. Всё это не предвещало ничего хорошего.

— Как ты смотришь, — Мусатов сделал паузу, — на то, чтобы отправиться по контракту служить в Иностранный легион?

— В смысле? Какой легион?

— Тот самый. Французский Иностранный легион, — Александр пристально смотрел на Василия.

«Вот оно что. Вот значит, где он пропадал все эти годы», — размышлял Василий.

— А ты, какое к этому имеешь отношение?

— Это не важно. Так как, Вась? Пойдёшь?

— Саша, я ведь присягу давал.

— Брось. Государства и правительства, кому мы давали присягу, уже нет.

— Да нет. Ты не так понял. Я присягу давал не правительству и не государству, а народу. Народ-то, тот же остался. Я помню, чем занимается этот легион. И как-то их задачи с моим пониманием долга перед своим народом не сходятся. Так что, Саня, извини, не пойду я туда. Даже с тобой вместе.

— Ну, как знаешь, — Мусатов встал. – Я предложил, ты отказался. Извини, у меня дела, мне надо бежать. Рад был встрече.

Мужчины быстро пожали друг другу руки и Александр ушёл.

Василий долго смотрел вслед уходящему товарищу. Смотрел и думал, как жизнь меняет людей, как разрушение общей идеи и веры доводит до стремления выжить любым способом, даже не самым чистым. 

14

— Алло! Василий Николаевич? – раздался в трубке женский голос.

— Да. Это я, — чуть было не зевнул в трубку Василий, вставая с постели. Телефонный звонок разбудил его за пять минут до будильника.

— Здравствуйте! – продолжал тот же голос. – Извините за беспокойство. Можете говорить?

— Здравствуйте! Конечно могу.

— Меня зовут София. Может быть слышали обо мне, прорицательница София?

— Нет, извините, не слышал, — опять чуть было не зевнул в трубку.

— Мне о вас рассказала подруга жены Николая Грушевского.

— А-а-а. А что рассказала? – удивился Василий.

— Вот как раз я хотела бы с вами на эту тему поговорить. Мы можем сегодня встретиться в середине дня?

— Да без проблем. Где и во сколько?

— Ну, давайте в два часа дня в Сокольниках, в Якитории. Знаете где это?

— Да, конечно знаю. Хорошо. Буду. А как я вас узнаю?

— Я сама вас узнаю. Я же прорицательница.

— Ну, хорошо, — без энтузиазма ответил Скоков.

— Тогда, до встречи.

— Да, да. До встречи.

В трубке послышались гудки. Василий задумался: «Что рассказали обо мне? Прорицательница София?»

— Бред какой-то, — произнеся фразу с крайним удивлением, Василий пошёл в ванную комнату.

В четырнадцать часов ноль ноль минут Василий Скоков вошёл в ресторан «Якитория». Не успев осмотреть посетителей в зале, боковым зрением он увидел машущую руку. Рукой махала жгучая брюнетка среднего возраста, одетая в чёрное платье с длинными широкими рукавами и с явным перебором цепей на шее, колец и перстней на пальцах. В голове у Василия промелькнуло: «Во попал».

— Василий Николаевич, ещё раз здравствуйте! – с улыбкой произнесла брюнетка. – Я, София.

— Очень приятно, — улыбаясь сказал Скоков, усаживаясь напротив новой знакомой.

— Капучино с корицей, пожалуйста, — сделал заказ Василий подошедшей официантке.

— А вы гурман, — не переставала улыбаться София. – Василий Николаевич, давайте перейдём к делу.

— Давайте. Я не против.

— Мне рассказали, что вы обладаете уникальными способностями.

— Да какими там способностями. Так, бред и ведения.

— Но, как я наслышана, ваши видения стопроцентно сбываются.

— Если честно, то я не подсчитывал.

— Да, да. Это точно. Я знаю, — твёрдым уверенным голосом сказала прорицательница.

— Очевидно вам виднее.

— А вы шутник. Так вот. Я предлагаю вам работу интересную и прибыльную, — София откинулась на спинку стула.

 Василий молчал, ему уже предлагали интересную и прибыльную работу. Он пристально смотрел на собеседницу и старался понять, что от него хотят. Но ничего в голову не приходило.

— Как вы смотрите на такую рекламу: «Живой оракул заглянет в ваше будущее и поможет вам!». А? Каково?

— Не совсем понял. Оракул это кто? Я?

— Конечно вы, дорогой мой. Вы!  Вы уникум. Вы можете помогать людям, — последнюю фразу София произнесла чуть ли не по слогам.

— Это интересно, но…

— Ни о чём не волнуйтесь, я всё беру на себя.

— Но, что я должен делать?

— Вы будете рассказывать мне свои видения, а я их трактовать людям. Поверьте мне, это я умею.

— Ну, давайте попробуем, но ведь это у меня происходит непроизвольно. Я по заказу не могу.

— Я всё сделаю и вы сможете. Вот моя визитка, — София протянула визитку чёрного цвета. – Давайте, подъезжайте завтра по этому адресу и мы обговорим детали, и приступим.

— Хорошо, — как-то не совсем уверенно ответил Василий, — подъеду.

— Тогда, до встречи, — София встала и протянула Василию свою руку.

— Всего доброго! – аккуратно пожал даме руку. – Приятно было познакомиться.

Прорицательница пошла к выходу, а Василию принесли чашку капучино. Взглянув на пену в чашке, он увидел нарисованный глаз. Или этот нарисованный узор был так замысловат, что напоминал глаз. В виски ударила острая боль, в глазах потемнело и Скоков отчётливо увидел кресло, похожее на то, что стоит в стоматологическом кабинете, опутанное колючей проволокой. Василий пальцами потёр виски и боль отступила вместе с видением. Всё это очень не понравилось Василию, но объяснений он никаких не находил.

Офис прорицательницы произвёл на Василия странное впечатление. Было такое ощущение, что находишься в логове сказочной колдуньи.

— Логово, — тихо прошептал Скоков, оглядывая приёмную.

— Василий, добрый день! – раздался голос Софии. – Можно я так буду вас звать?

— Добрый день! Конечно, можно. А где вы?

— Я здесь.

Василий обернулся и увидел прорицательницу, появившуюся непонятно откуда.

— Проходите в мой кабинет.

Будущий живой оракул последовал за прорицательницей вглубь логова. Во втором помещении Василий потерял дар речи. Комната с чёрными бархатными стенами казалась безразмерной. Вверху светили звёзды, некоторые созвездия Василий даже узнал. Слышен был шум небольшого водопада. Напротив входа стоял стол, на котором светился большой стеклянный шар. Сделано было так, что от стола была видна только верхняя поверхность столешницы, и создавалось ощущение, что она парит в воздухе. Справа от стола, в углу клубился подсвеченный пар или дым, а за его завесой проглядывалось каменное кресло.

От увиденного у Василия по коже побежали мурашки.

— Ну вот, ваше рабочее место, — улыбаясь, сказала София.

— Отлично! Всю жизнь мечтал изображать демона.

— Нет, нет, Василий! Никого изображать не надо и, соответственно, никого не надо обманывать и вводить в заблуждение. Мы с вами будем делать то, что наука пока не может, но наши действия будут на пользу людям. Это понятно?

— Конечно понятно. Не понятен только механизм.

— Поясню, — София села за стол. – Мы делаем вам укольчик, для стимуляции ваших способностей.

— Наркотик?

— Да нет, что вы. Это медицинский препарат, разрешённый к применению. Здесь всё чисто. Вам приводят объект. Вы берёте его за руки, а так как ваши экстрасенсорные способности будут обострены, вы быстро настраиваетесь на волну объекта и озвучиваете свои видения, а я их толкую. Оракул в чистом виде.

— А моё состояние при этом?

— Всё под контролем. Работать будете через день, ведь надо отдыхать. Вот собственно и всё.

Василия, почему-то, прошиб пот. То ли жарко было в комнате, то ли услышанная перспектива так подогрела изнутри.

— А…

— Вы всегда можете отказаться. Но вам понравится, вот увидите. И финансовый вопрос вас вполне устроит, это я гарантирую.

— Ну да, что-то похожее уже было, — без энтузиазма прозвучала фраза Василия.

— По рукам? – София протянула ладонь.

— Да, давайте! – Василий взял ладонь Софии. Ладонь была холодная как лёд. Этот факт ему не понравился, но он согласился. Ведь всегда можно отказаться.

— Василий, сейчас с Любой, моей помощницей, оформите все необходимые для работы документы. Чистая формальность. Сегодня среда. Реклама запущена. Пока отдыхайте и набирайтесь сил. В понедельник я вас жду, начнём работать. Думаю, к тому времени клиенты будут. Я чувствую, у нас всё получится и нас ждут большие перспективы.

15

Придя в понедельник в офис, Василий узнал, что на сегодня есть два клиента. Люба провела его в комнату для переодевания, где ему пришлось надеть на себя странное одеяние, в котором он был похож не то на шамана, не то на колдуна. После того, как он уселся в тёплое каменное кресло, Люба сделала ему инъекцию в вену на руке.

Василий прикрыл глаза. Сначала начала кружиться голова, потом по телу пошло тепло. Именно пошло, потому что было чёткое ощущения движения тепла к конечностям. Затем, стал нагреваться позвоночник и тепло стремительно пошло вверх, в голову. Головокружение закончилось и Василий провалился в бездну. Тело потеряло вес.

Из темноты выплыл треугольник. Геометрическая фигура медленно хаотично вращалась. Ничего не происходило. Ощущения времени не было.

Василий почувствовал прикосновение к его телу, тут же треугольник остановился и из него выбежала голая пожилая женщина, она села на невидимый стул и начала рвать газету на мелкие кусочки. Покончив с газетой, женщина начала выдёргивать из своей головы волосы. Треугольник начал вращаться и женщина исчезла.

После второго прикосновения треугольник опять остановился и начал рассыпаться. Куски разрушенной геометрической фигуры падали в виде деталей корпусов автомобилей, скапливаясь в большую кучу железного лома.

Но вот вновь, целый треугольник стал вращаться быстрее и быстрее. Уже нельзя было разобрать вращающуюся фигуру, только пульсирующий свет вылетал из темноты.

— Василий! Василий! Как вы себя чувствуете? – пробился чей-то голос.

Скоков открыл глаза. Где он? Кто-то поднёс к губам стакан. Вода. Появилась жажда. Василий начал жадно пить.

— Василий, как вы? – спросил всё тот же голос.

— Нормально, — проскрипел оракул.

— Вот и хорошо. Идите, переодевайтесь и пойдёмте пить чай.

— Сколько времени я это…, ну…

— Четыре часа.

— София, это вы что ли? 

— Да, Василий. Это я.

— Значит, я жив. Это хорошо! – Василий улыбнулся. Мысль о том, что он жив, посетила его неожиданно и доставила ему удовольствие.

За чаем, София рассказала, что приходили два клиента. И оба остались очень довольны результатом сеанса. Василий на них произвёл большое впечатление. Особенно голос, которым он вещал. София сама такого никогда не слышала.

— Голос словно с того света шёл, — уточнила она.

— А я по-моему там и был. Чего они хотели узнать?

— Первая клиентка была озабочена состоянием своей престарелой мамы и хотела знать, чего ей ожидать в дальнейшем. А второй клиент, солидный бизнесмен, уже почти месяц не может найти своего сына. Милиция найти не может. Он винит во всём одну бандитскую группировку, которая его шантажировала.

— И что? Мы помогли? – с интересом спросил Василий.

—  Думаю да. Время покажет. Сейчас поезжайте и отдыхайте. В среду жду.

Заснуть после первого трудового дня Василий не мог долго. Как только закроет глаза, то сразу видит качающийся треугольник, а на нём сидит голая старушка, хохочет и рукой показывает на кучу металлолома. И так продолжалось часов до трёх ночи. Под утро Василий заснул.

Проснувшись, он почувствовал сильную жажду, очень хотелось пить. Осушив стакан воды, Василий посмотрел на свои руки. Всё нормально, тремора нет. Подошёл к зеркалу, осмотрел глаза. В порядке. Подумал, что хорошо всё закончилось без последствий, чёрт его знает, что ему вкачали в организм.

И потянулись трудовые будни. Как говорится, клиент пошёл. Слух о живом оракуле стал разлетаться с быстротою молнии. В день приходилось обслуживать по пять – шесть клиентов. Василий заметил, что инъекции препарата стали увеличиваться, отдыха стало не хватать. София обещала, что после месяца работы Василию устроят хороший отдых.

И работа опять закипела. Каких только видений у Василия не было, он уже сам удивлялся, как он ещё с ума не сошёл от такого занятия.

Прошёл месяц. Василий получил деньги за свои труды. Сумма получилась большая. Столько он никогда не зарабатывал. Ещё оставались два дня работы и долгожданный продолжительный отдых. А то в последнее время усталость очень быстро накрывала, тело становилось вялым и ленивым, появилась заторможенность в мышлении. У Василия создавалось впечатление, что если так всё пойдёт дальше, то он будет постоянно пребывать в этом изменённом состоянии сознания.

Дома, положил все деньги на журнальный столик, долго на них смотрел. Не мог поверить, что это его деньги. Так много.

Как ни странно, но в этот вечер Василий заснул быстро…

…Колонна бронетехники неспешно продвигалась по извилистой дороге между скал. Глаза старались прощупать каждый камень. Кроме работающих двигателей и хруста камней под колесами бронетранспортёров ничего не было слышно. Все молчали.

— Всем стоп! – раздалось в шлемофоне.

Василий соскочил с бронетранспортёра и пошёл вперёд вдоль колонны. Сапёры обследовали дорогу. «Фугас», — промелькнуло в голове.

Сапёры остановились, присели и начали аккуратно копать. Василий подошёл ближе. Два солдата аккуратно извлекли из ямы ящик. Открыли замки. Подняли крышку. Ящик доверху был набит деньгами…

Василий проснулся и резко сел. Сердце бешено колотилось. Что это? Почему не по сценарию? И почему не болит голова?

— Что бы это означало? – вслух произнёс Василий. – Всё как обычно, но деньги, деньги.

Придя в офис, Василий бросился к Софии и всё подробно ей объяснил. Рассказал, что это были за сны раньше, к каким последствиям они приводили. И сейчас что-то не так.

София размышляла, потирая правой ладонью стеклянный шар, стоящий на столе. Потом нахмурилась, подняла на Василия глаза.

— Продал ты свой дар, Василий, — как приговор прозвучали её слова. – Пока ты делал всё безвозмездно, твой дар работал. Но как только ты осознал, что за свои способности получаешь большие деньги, то твои способности оставили тебя.

— И?

— И, наш бизнес с тобой подошёл, видимо, к концу. Ты слишком порядочный человек. Жаль. Такие перспективы были. Но для тебя это может быть и к лучшему. Ты ещё найдёшь своё место в жизни. Это я тебе как прорицательница говорю. Ты найдёшь себе спутницу жизни там, где меньше всего ожидаешь её найти. И всё у вас будет хорошо. Верь мне.

— Верю! А как же живой оракул?

— Выход всегда есть. Счастья тебе Василий-оракул. Когда-нибудь дар к тебе вернётся и второй шанс используй правильно.

— Спасибо, София! И тебе счастья и удачи! – с этими словами Скоков нежно пожал руку прорицательницы, улыбнулся и пошёл к выходу.

Василий Скоков шёл по улице и улыбался. Прохожие не обращали на него внимания, у них были свои заботы и проблемы. Но если бы кто-нибудь взглянул на улыбающегося человека, идущего лёгкой летящей походкой, то, наверное, позавидовал бы ему. Василий чувствовал себя Прометеем, освободившимся от оков.

16

После ухода из экстрасенсорного бизнеса прошла неделя. Всего-то, семь дней, и отдохнуть успел, и на работу опять устроился. Опять Сергей Локтев помог. К нему обратился Михаил Крюков, с которым служили вместе в Афганистане. Михаилу был нужен надёжный человек для руководства отделом по зарубежным связям. Крюков обрадовался, когда узнал, что ему рекомендуют Василия.

А вчера был интересный звонок.

— Василий? Привет! – раздался радостный голос в трубке.

— День добрый! Не узнал, если честно. Кто это? – заинтригованно спросил Скоков.

— Ха! Я так и знал, что не узнаешь. Долго тебя искали, не один год, — пауза в трубке, было похоже на то, что давали последний шанс для опознания. – Сдаёшься?

— Сдаюсь!

— Коля Фадеев! Учились с тобой в одном классе.

— Колька! Чертяга! Ты откуда? – кричал Василий.

— Я откуда. Я отсюда. А вот ты где все эти годы пропадал? Ни слуху, ни духу.

— Коля. Молодец, что позвонил, — чувство радости наполняло Василия.

— Ладно. Короче в двух словах. Мы классом каждые пять лет собираемся. Последний раз из тридцати двух человек на встречу пришло двадцать четыре. В этом году, если помнишь, тридцать пять лет как школу закончили.

Василий взволнованно сглотнул.

— А ты, — продолжал Николай, — паразит, так ни на одной встрече и не был. Тебя постоянно вспоминали, а некоторые даже похоронили.  

— Это кто меня похоронил? – улыбаясь, спросил Скоков.

— Замнём для ясности. Ещё короче. На двадцатое сентября назначена очередная встреча. Будешь?

— Да! – радостно закричал в трубку Василий.

— Отлично! Я чуть позже сообщу, где собираемся. Там девчата кафе подбирают.

— Хорошо! Буду ждать.

Настроение было на высоте. Удачная неделя. Всего семь дней, но зато каких.

Василий подошёл к книжному шкафу, нашёл альбом, сел на диван и открыл первую страницу. Это был альбом с фотографиями школьного времени. Медленно переворачивая страницы, он тщательно рассматривал каждую фотографию. Прекрасное было время. Василий откинулся на спинку дивана и посмотрел на потолок. Прикрыл глаза. Школа. Друзья и подруги, учителя. Уроки, экзамены, субботники, классные вечера с танцами. Вернуться бы туда и остаться навсегда. Вот она, фотография выпускного 10 «А» класса. Всматриваясь в лица одноклассников, Василий думал о том, как, наверное, все изменились. Узнает ли он кого? А его, узнают?    

Вспоминая и мечтая, Василий заснул…

… Колонна бронетехники неспешно продвигалась по извилистой дороге между скал. Глаза старались прощупать каждый камень. Кроме работающих двигателей и хруста камней под колесами бронетранспортёров ничего не было слышно. Все молчали. Вдруг, сквозь рокот двигателей послышался голос: «Вася, проснись. Не спи. Скоро мы увидимся. Вася, проснись»…

— О чёрт, задремал, — альбом выпал из рук. – Опять этот сон. Нет, не совсем этот. Что-то другое. Голос. Очень знакомый голос, но чей? Не помню.

Но настроение от короткого сна не ухудшилось. Василий точно знал, что что-то его ждёт очень интересное. Неспроста такой сон пришёл.

Фадеев позвонил в начале следующей недели и подробно объяснил, когда и куда приходить на встречу одноклассников.

— Буду как штык! – уверил друга Скоков.

— Только не напрягайся как штык, там будут все свои, — со смехом говорил Николай. – Ребята как узнали, что ты будешь, такой крик подняли.

— Я тоже очень рад. Хотя немного и побаиваюсь. А вдруг никого не узнаю?

— Это может быть первые пять минут, а потом, как будто и не было этих долгих лет.

— Ладно, не уговаривай, посмотрим.

Бывших военных не бывает. Военнослужащий всегда точен. Василий Скоков ровно в назначенное время подошёл к кафе «Мустанг». Сердце бешено колотилось. Приятная неизвестность, которая ждала его впереди, сильно волновала.

Он стоял уже минут пять перед входом в кафе и не решался войти.

— Мужчина, — раздался сзади низкий мужской голос, — будем стоять пялиться на вывеску или пройдём внутрь?

Василий хотел ответить со всей пролетарской ненавистью, обернулся и замер. Что-то очень знакомое было в лице высокого полного мужчины.

— Ти-ма, — по слогам произнес Скоков.

— Ну. Да, — названный Тимой внимательно смотрел на собеседника. — Ёшкин кот, Вася!

Друзья кинулись в объятья друг друга.

— Слушай, в толпе бы мимо прошёл, — Тимофей пожирал глазами друга.

— Не знаю как в толпе, — улыбался Василий, — но я тебя чертяку узнал. Правда, ты, по-моему, стал раза в два шире. И вот тут, что-то многовато у тебя будет.

— Это сгусток нервов.

— А я думал, у мужчины всё что до пояса это грудь, — дружный смех наполнил прихожую кафе.

Зашли в отведённый для банкета зал. Присутствующие обернулись на вошедших мужчин.

— Бутылка шампанского тому, кто первым узнает этого человека, — радостно произнёс Тимофей, широко улыбаясь.

— Чего гадать! Ой, девочки! – закричала полная женщина с объёмно уложенными волосами. – Это Васька Скоков!

Скоков прищурился, рассматривая крикунью.

— Светка. Не зря я у тебя списывал диктанты. Узнала.

Ребята оказались проворнее и первыми бросились обниматься. Крепкие мужские объятия заставили напрячь мускулатуру и к моменту, когда посыпались женские поцелуи, Василий стоял, как голливудский герой: широкоплечий с гордой осанкой и очаровательной улыбкой. От такого приёма ему стало жарко.

— Здравствуй, Вася! – послышался знакомый голос. Обладательница чарующего голоса стояла перед ним.

— Юля?! – не то спрашивая, не то утверждая, медленно произнёс Василий. Сердце бешено заколотилось. Не моргая, он смотрел на свою первую школьную любовь, на ту из-за которой он не спал ночами, смотрел нежно и аккуратно, боясь, что если моргнёт, она исчезнет.

Юля поцеловала Василия в щёку. Кровь ударила ему в голову, и он оглянулся на зал, показалось, что все обратили на это внимание.

— Юля, — опять медленно и тихо проговорил краснеющий Скоков. – Здравствуй! Боже мой, сколько лет, а ты всё так же прекрасна.

— Да, только постарела и поседела, — улыбалась Юля.

Вдруг Василия обхватили сзади крепкие руки и начали медленно сжимать. Ещё секунда и тот, кто был сзади пожалел бы о содеянном, но Скоков быстро сообразил, где он.

— Рекомендую лучше отпустить, — весело отреагировал Василий на подобные ласки.

— Сдаюсь!

Скоков быстро повернулся с одновременным отходом в сторону.

— Олег! – Василий чуть не подпрыгнул от радости. – Жить надоело!

— Васёк! – с этими слова большой мужчина с руками молотобойца вновь обхватил Василия, прижимая к себе. — Неужели это ты? Паразит! Столько лет ни слуху, ни духу. Удавил бы на месте. Ха! Такого удавишь.

— Олежек, не надо омрачать вечер. Друг мой, я же все эти годы хотел бросить тебе весточку, но… не мог, не имел права.

— Но сейчас-то ты теперь с нами?

— Да! В полном вашем распоряжении, — произнеся эти слова, Василий посмотрел на Юлю.

Ещё минут тридцать все одноклассники, казалось бы, хаотично перемещались по залу, обнимались, целовались, обменивались короткими фразами. Наконец, Николай Фадеев дал команду рассаживаться за стол. Василий сел рядом с Юлей. Все по очереди вставали и произносили тосты. В промежутках между тостами шумно вспоминали школьные дни. Было весело и действительно, через какое-то время Василий почувствовал себя школьником и все сидящие вокруг показались ему родными и близкими людьми.

— Так, теперь очередь подошла до Скокова! Вася! Тебе слово.

Хотя Василий ожидал этого, но всё равно получилось как-то неожиданно. Он стал серьёзен. Медленно встал. Поднял бокал с шампанским. Комок подкатился к горлу, сердце заколотилось чаще. Скоков отхлебнул из бокала.

— Э, э! А тост?!

Василий поставил бокал на стол. Налил в рюмку водки из бутылки.

— Будет тост, — твёрдым серьёзным голосом произнёс он. – Друзья! Я безумно рад, что вы меня отыскали. То есть, я нашёлся. Я часто вспоминал детские и юношеские годы. Вспоминал вас всех. Наверное, не совру, если скажу, что образ каждого из вас всплывал в моей памяти в разное время и при разных обстоятельствах. С годами начинаешь понимать, что чем больше прожил, тем ценнее всё то, что находится за твоей спиной. Это твоё. И никоим образом не хочется это потерять. Ребята! Как я вас всех люблю! Как хорошо, что вы есть! Будьте здоровы и будем всегда вместе!

Раздался звон бокалов. Потом наступила тишина. Все задумались. Наверное, каждый о своём.

— Как жизнь, Вася? – тихо спросила Юля.

— Да, как тебе сказать? – Василий задумался. – Вроде пошла светлая полоса. Хотя, тут не знаешь, какая из полос была действительно чёрная. Уволился в запас. Работаю. Живу один, с женой разошлись давно. Вот теперь открылась новая страница в жизни. Друзья-одноклассники. Вся жизнь в двух предложениях.

Юля внимательно посмотрела ему в глаза. Василию показалось, что её взгляд проник в самые сокровенные уголки его души и она узнала всё, что хотела узнать о его жизни. Её карие глаза смотрели, излучая тепло и огромную энергию. Василий был не прочь, чтобы этот взгляд гулял как можно дольше по закоулкам души.

— Хватит пить и есть. В нашем возрасте это чревато, — захлопал в ладоши Фадеев. – Танцуют все!

— Пойдём? — Василий нежно взял Юлю за руку.

— Да, — коротко ответила она.

Василий чувствовал, как сильно бьётся сердце Юли, горячая рука слегка дрожала, глаза блестели.

— А как ты? – робко задал он вопрос.

— Работаю. Дочь замужем. Муж шесть лет назад умер. Хожу в театры и на выставки, чтобы одной дома меньше оставаться. В общем, — Василию показалось, что Юля сейчас заплачет, — нормально живу. Хорошо.

— Пойдём-ка чайку попьём, — быстро предложил Скоков.

Вечер встречи проходил до самого закрытия кафе. Никто не хотел уходить. Прощались все уже на улице. Опять крепкие объятия, поцелуи, рукопожатия. Василий провожал каждого и поэтому собирался уйти последним. Хотелось всем сказать много хорошего.  

Подъехало такси. Юля подошла к двери машины, приоткрыла дверь. Остановилась. Обернулась и посмотрела на Василия. Он пошёл ей навстречу. Она обняла его за шею и крепко поцеловала в губы. Грудь Василия чуть не разорвало изнутри.

— Это фугас! – еле слышно произнёс он.

— Что? – непонимающе спросила Юля.

— Я тебе завтра позвоню, — уже более твёрдо сказал он.

— Я буду ждать, — она ещё раз его поцеловала и села в машину.

— Я обязательно позвоню! Жди! Обязательно жди! – уже не говорил, а кричал Василий.

Такси понеслось по улице, а Василий всё смотрел вслед удаляющейся машине. Потом поднял глаза к небу. На осеннем небе ярко светили звёзды и наступила странная тишина. Прикрыв глаза руками, он сжался в комок, а в мыслях пролетело: «Взрыв. Фугас. Удар. Чувство полёта…». Резко раскинул руки в стороны, открыл глаза и громко крикнул:

— В ж-и-и-и-знь!..

   Февраль, 2016

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *