Судьба

Командир дивизиона смотрел в стереотрубу, когда сержант Чертовских вошёл в землянку.

— Товарищ капитан, сержант Чертовских по вашему приказанию прибыл, — последовал чёткий доклад вошедшего.

Капитан продолжал осматривать передовую.

— Что-то тихо. Не к добру это, наверное, — произнёс командир и повернулся к сержанту.

— Вот что, сержант, — задумчиво начал капитан, — сегодня с нуля до двух часов ночи проверишь боевое охранение наблюдательных пунктов, нашего и первой батареи. Пароль у начальника штаба получишь.

— Так точно, понял.

— Ну, раз понял, иди.

В назначенное время Виктор, взяв с собой рядового Полтовца, отправился на проверку.

На небольшой высотке их окликнули. Обменявшись паролем, проверяющие прошли на наблюдательный пункт. Там шла работа. Разведчик у стереотрубы передавал данные по наблюдению за противником, а дежуривший старший сержант Пасюков, записывал передаваемые данные. Два других разведчика спали. Пробыв здесь несколько минут, сержант с напарником отправились на НП первой батареи.

Полная луна освещала местность неестественно белым светом. Звёздное небо создавало ощущение объёма в этом неподвижном сером мире.

Ещё не было двух часов ночи, когда проверяющие уже двигались по траншее правого склона, где и должно было находиться боевое охранение. Прошли мимо дремлющего пулемётного расчёта пехоты, бодрствующих не встретили. Дальше наблюдательный пункт первой батареи, но и тут никого не встретили. У Виктора по телу побежали мурашки.

— Стой, — шёпотом остановил он, следовавшего сзади Полтовца. – Тихо. Слушай.

Какое-то время стояли и прислушивались. Ни звука. Сержант рукой дал команду двигаться дальше, а в голове мысль: «Не случилась ли беда?». Выставив рядового Полтовца в охранение, Виктор, бесшумно передвигаясь, стал искать того, кто должен охранять наблюдательный пункт. Заглянул в блиндаж, там все спокойно спали. Пошёл дальше. Заметил в темноте траншеи, что-то блестит. Подошёл, и его затрясло от ярости. К стене траншеи был приставлен карабин, а в выемке, откинув голову назад, спал часовой. Коротким и сильным ударом в челюсть спящий был опрокинут на землю.

— Встань гадюка! – Виктор взял карабин часового, передёрнул затвор, дослав патрон в патронник. – Пошли к командиру дивизиона, дёрнешься, пристрелю.

Придя в себя и поняв, что произошло, часовой упал на колени.

— Товарищ сержант! Пожалуйста! Виноват! Не надо, не докладывайте! Не надо к командиру! Товарищ сержант, не хотел. Не надо! Ведь трибунал будет. Товарищ сержант…

Видимо с ударом в челюсть ушла ярость, сержант стал успокаиваться. Сам стал понимать, что всё обошлось, ничего не произошло, все живы. Пригляделся к часовому и узнал его, это радист батареи. Спокойно за плечи поднял с колен на ноги, а тот в слёзы.

Успокоив часового и побыв с ним ещё минут десять, Виктор вернул карабин.

— Хорошо, никому не доложу, но ещё раз такое случится… — посмотрев на часы, Виктор добавил, — иди, буди смену.

По дороге назад Полтовец завёл разговор.

— Товарищ сержант, я видел, что произошло.

Сержант шёл и молчал.

— Правильно сделали, что врезали ему, но мало.

— Я сам разберусь сколько надо, много или мало, а ты помалкивай и никому об этом не рассказывай.

Дальше шли молча.

Утром, прежде чем идти на завтрак, Виктор пришёл к командиру дивизиона.

— Товарищ капитан разрешите доложить!

— Да, докладывайте сержант.

— Ваше приказание выполнено, боевые охранения проверены, замечаний нет.

— Ну, если всё в порядке, можете идти.

После доклада Виктор пошёл завтракать. Еду обычно подвозили на лужайку между наблюдательными пунктами командира дивизиона и первой батареи. Получив свою порцию, все располагались на лужайке или под кустами.

— Воздух! – раздался крик.

Все вжались в землю. На нервы стал давить неприятный нарастающий свист. Полтора десятка разрывов мин и… тишина. Нет, тишина была всего мгновение, потом сквозь неё до слуха стали доноситься стоны раненых. Из девяти присутствующих на завтраке, двое были ранены и один убит.

Виктор подошёл к убитому, он узнал его. Это был радист, которому сегодня ночью пришлось хорошенько врезать. Тот кушал лёжа в сторонке, и мина попала ему в спину, разорвав солдата на две части.

— Судьба, — кто-то тихо произнёс сзади.

Кусок в глотку не лез, перед глазами стоял заплаканный паренёк. Выбросив содержимое котелка под куст, Виктор направился в сторону блиндажа.