В тылу

— Наступление развивается достаточно быстро, также быстро меняются расположения НП батарей, — начальник штаба указал карандашом на карту, — бери одного бойца и обеспечь связью батарею капитана Худякова. Скоро начнёт темнеть, самое время.

— Всё понял, товарищ майор. Разрешите идти?

— Да, — коротко ответил начальник штаба и склонился над картой.

Прибыв в расположение взвода связи, Виктор по карте детально изучил местность, по которой предстояло двигаться.

— Полтовец!

— Я, товарищ сержант!

— Так, Володя, идёшь со мной, берём пять катушек. Давай быстро, выходим по готовности.

— Понял.

— Товарищ сержант, разрешите обратиться, — подошёл Аркадий Авербух.

— Нет, товарищ рядовой, вы остаётесь в расположении.

— Ну, таки…

Сержант взглянул на Аркадия.

— Есть в расположении.

Ночь была на удивление душной, воздух густой массой висел над землёй, тучи нудно поющих комаров искали себе жертву.

 — Идём строго на север, — Виктор дал команду следовавшему сзади Полтовцу.

Аркадий Авербух наблюдал как двое, оставляя за собой на земле провод, уходили в темноту. Когда уже ничего нельзя было разглядеть, Аркадий повернулся, тяжело вздохнул и направился к землянке.

Передовая поминутно освещалась ракетами, тёмное небо пронзали цепочки трассирующих пуль, над головой пролетали снаряды и рвались где-то за передним краем. Когда очередная осветительная ракета гасла, становилось так темно, что в метре ничего не было видно.

Продираясь через препятствия, сверяясь постоянно по компасу, связисты прокладывали линию связи. Размотав три катушки кабеля, подсоединили четвёртую.

— По моим расчётам, — тихо проговорил сержант, — мы скоро должны выйти к нужной нам высоте.

На переднем крае наступило затишье, скоро рассвет. Четвёртая катушка подходила к концу, а высотки всё нет. Оставив Полтовца с имуществом связи, Виктор отправился на поиски. Немного поплутав, решил вернуться назад.

Вскоре до слуха донеслось странное позвякивание. Прислушался. Знакомый звук. Точно, так звучит удар ложкой по стенке котелка, ага, вот и приглушённая речь слышна. Осторожно ступая, сержант направился на звук.

— Мать… — заткнул рукой свой рот и замер на месте.

Из-за тумана ничего не было видно, но уже отчётливо была слышна немецкая речь. В голове проскочила мысль, что может быть, это немцы гуляют в нашем тылу или нет, скорее мы забрели к ним. Пощупав себя, проверил, нет ли чего, что издаст нежелательный шум, и тихо стал пробираться в сторону говорящих. Какое же было его удивление, когда Виктор увидел позицию немецкой миномётной батареи и завтракающих фрицев. Руки и ноги сразу стали ватными. Надо взять себя в руки — эта мысль как кувалда била по голове через короткие равномерные промежутки. Закололо в пальцах рук и ног. Поняв, что можно идти, Виктор, с предельной осторожностью, двинулся в обратный путь.

— Володя, — шёпотом произнёс сержант, тихо подойдя к Полтовцу. – Мы у немцев в тылу. Сбились с пути. Давай тихо отсюда сматываться.

Без шума, собрали пустые барабаны и, пригнувшись, тихо стали отходить вдоль своего кабеля.

Становилось светло, и лишь густой туман пока скрывал крадущихся людей. Где на четвереньках, а где по-пластунски приходилось пробираться там, где недавно спокойно шли в полный рост. Метров через четыреста решили сматывать на барабан кабель.

Звук выдираемых из досок гвоздей заставил связистов замереть. Это в десятке метров от них заработал немецкий пулемет.

— Не по нам.

— Сержант, — с жаром прошептал Полтовец, —  бросим всё и давай выбираться отсюда.

— Володя, не пори горячку, как пришли, так и уйдём. Забираем свои шмотки и ползём дальше.

Поднявшееся солнце разогнало туман. Теперь связисты, двигались только по-пластунски, волоча на себе катушки. Комары и мошки плотной маской облепили лица ползущих, приходилось тереться лицом об траву, отгоняя кровососущих тварей.

Прошло какое-то время и над головами застрочил «дегтярёв».

— Наши. Рядом.

Под шумок перестрелки пулемётчиков Виктор начал сматывать кабель. Ручка деревянной катушки постоянно срывается, кровоточащие суставы пальцев разбиты до костей. Сжав зубы, он продолжал крутить.

— Да плюнь ты, сержант, на всё это барахло, бросим всё и уползём.

— Молчи…

— Я бы бросил всё.

— Молчи, говорю! – заканчивая сматывать кабель, через зубы прошипел Виктор. – А вот теперь, ползи за мной.

Проползли ещё немного и тут, Полтовец начал сильнее втягивать носом воздух.

— Ты чего рассопелся?

— Сержант, чуешь, махорочкой потянуло.

Виктор принюхался, затем вгляделся в ту сторону, откуда исходил знакомый запах.

— Есть, наши, — Виктор кивнул головой и указал направление, — смотри, видишь бугорок.

— Точно. Окоп замаскированный.

— Катушки пока оставляем и двигаем туда.

Подползли к окопу. Два пулемётчика, сидя в окопе, мирно покуривают и ведут беседу. В тот момент, когда один солдат затянулся дымом папироски, в окоп сползли два человека. От неожиданности пулемётчик втянул большую порцию табачного дыма, его лицо налилось кровью, он замахал руками, потом рукавом закрыл рот и начал кашлять. Второй хозяин окопа, молча смотрел на происходящее.

— Вы откуда? – выдавил из себя, закончив кашлять, пулемётчик.

— Оттуда, — ответил Полтовец, махнув головой в сторону, откуда они с сержантом приползли.

— Как попали туда?

— Очень просто, — зло ответил Полтовец, — прошли мимо тебя ночью, когда ты спал.

— Днём не заметили в этом районе небольшую высотку, — вмешался в разговор сержант.

— Да вон там, за лесочком, есть одна.

— Ну, вот и спасибо, нам туда. Давай Володя выбираться отсюда.

Прибыв на НП командира третьей батареи, сержант коротко доложил о ночных приключениях.

— Выбрались благополучно? – спросил капитан.

— Кажется, всё обошлось.

— Вот и прекрасно, а больше об этом не стоит рассказывать. Народ всякий есть, раздуют из мухи слона, проблемы будут.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *